Королева пламени

С тем девушка неуклюже поклонилась Френтису и решительно зашагала прочь.

— Когда я в последний раз встречал ее, она была мягче, — заметил Френтис.

— Все мы сильно изменились, — подытожил Ваэлин и направился к молу.

Когда они с Френтисом отошли на достаточное расстояние, чтобы не услышал никто лишний, владыка битв заметил:

— Ты можешь отказаться от того, что тебе предложила Лирна.

— Я не хочу отказываться.

Под ветром с серых небес клокотала и пенилась серая вода.

— Как думаешь, женщина, терзающая твои сны, ощутит твое прибытие?

— Возможно. Хотя, я надеюсь, снадобье брата Келана спрячет мои мысли.

— Кажется, перед нами обоими — тяжелый путь.

— И лучше, если ты не станешь делиться подробностями своего плана со мной. Если она отыщет меня и сумеет взять живым… она опять свяжет меня, и я не смогу ничего утаить от нее.

Ваэлин кивнул, посмотрел на серое море.

— Брат, я очень долго искал тебя, моя песнь летела над землей, но я улавливал лишь глухие неверные отзвуки. Теперь я снова должен отослать тебя, и у меня не осталось песни, чтобы найти тебя.

— Я должен заплатить по многим счетам, брат. Убийце не следует слоняться на виду у сестры своей жертвы.

Он протянул руку. Ваэлин крепко пожал ее.

— Мы встретимся в Воларе. Обязательно.

Головная боль полностью оправдала прогноз брата Келана. Но мучения облегчал тот факт, что снадобье сработало, как было обещано. Ночью не пришли кошмары, ужасы и угроза поддаться ее воле. После освобождения Френтис по-прежнему спал в Блэкхолде. Они с Лекраном уютно расположились в комнате охранника. Было отчасти странно жить вдвоем в огромном строении — королева отправила всю прежнюю стражу тренировать новобранцев.

Френтис обнаружил бывшего куритая во дворе. Тот упражнялся, двигался с быстротой и точностью, вышколенный годами тренировок и битв. Вместо обычной пары мечей сегодня Лекран крутил топором, будто отмахивался от целого отряда противников.

— Красный брат! — остановившись, приветствовал Френтиса бывший раб.

Он тяжело дышал, куцая борода взмокла от пота. Освобожденный куритай перестал бриться, и его голову и подбородок теперь покрывала темная поросль.

— Твоя женщина-вождь прислала раба с подарком, смотри.

Топор был славный, двухлезвийное оружие ренфаэльского образца, на широких стальных лезвиях — узоры золотом. Френтис подумал, что это, наверное, одна из дарнеловских игрушек. Жаль, что не удалось собственноручно прикончить лорда фьефа.

— Здесь нет рабов, — в который уже раз повторил Френтис.

Лекрану с трудом помещался в голову тот факт, что бывают земли, свободные от рабства. Бывший раб с наслаждением описывал свою страну и ее порядки.