Королева пламени

Места для тренировки хватало. Рива танцевала на мозаичных полах, скользила вокруг элегантных колонн из черного мрамора с белыми прожилками. Стены украшали поблекшие картины, изображающие сражающихся людей и зверей. Лиеза старалась не смотреть на них. В дальнем конце комнаты в полу был бассейн, куда по скрытой системе труб подводилась горячая вода. Кроме кровати, мебели практически не имелось. И никакой тяжелой утвари, способной послужить оружием. Даже меч был из сандалового дерева и растрескался бы от первого же удара о любой твердый предмет.

— Отчего же ты не боишься? — спросила Лиеза.

— Страх убивает, — извернувшись в финальном пируэте уколов и уклонений, объяснила Рива. — Если станешь тренироваться со мной, страх уменьшится.

Комплекс упражнений Рива составила сама, усовершенствовала орденские тренировки, придуманные, чтобы противостоять куритаям. Хотя, судя по тому, что Лиеза рассказывала о представлениях, драться с куритаями было бы проще. Рива несколько часов тщательно расспрашивала рабыню, пока та не заревела, рассказывая о чудовищной кошке с зубами-кинжалами.

— Я — не ты. Не воин, — сказала Лиеза, подтянула к себе колени и уместила подбородок на них.

— Тогда кто же ты?

— Рабыня. Всегда просто рабыня, — не глядя на Риву, прошептала Лиеза.

— Но у тебя же есть умения и способности.

— Числа, письмо, языки, — пожав плечами, ответила рабыня. — Господин научил меня многому. Но здесь все бесполезно. Я Авиель. Ты — Ливелла.

— И кто они?

— Сестры. Одна сильная, вторая слабая.

Рива недовольно хмыкнула, подошла к кровати, ухватила девушку за кисти рук и вздернула на ноги.

— Смотри на меня!

Она поддела ее подбородок пальцами, затем тряхнула раз, другой, пока перепуганная Лиеза не открыла глаза.

— Хватит киснуть! Наше будущее потребует от нас всех сил, и твоих, и моих, если уж мы хотим выжить.

Девушка обмякла, снова заструились слезы.

— Но я не как ты…

Рива занесла ладонь, чтобы дать пощечину. Надо вбить хоть какую-нибудь решимость, заставить тренироваться, безжалостно лупить, пока она не начнет делать хоть что-нибудь. Она быстро выучится, если оставить пару синяков на этих идеальных ногах, эта жалкая грешница…

Ее руки дрогнули. Лиеза осела на кровать, плачущая, беспомощная.

— Прости, — сказала Рива и отступила.

Ее сердце бешено колотилось.

В толстой железной двери забренчали ключи. Взвизгнули петли, дверь открылась, и показался Варулек с парой куритаев. Он посмотрел на Риву, на плачущую Лиезу.

— Мне велено наказать ее, если она не сумеет ублажить тебя, — сказал он.

— Она в достаточной мере ублажает меня. Чего ты хочешь?

Он склонил голову и на удивление вежливо, уважительно заговорил:

— Сегодня сражается светловолосый мужчина.