Королева пламени

Она махнула рукой, и арисаи подняли человека на ноги, толкнули к ней. Он не казался раненым, но его голова бессильно болталась, он горбился, двигался словно обессилевший и молчал. От него исходил смрад, на ногах виднелись бурые пятна. Похоже, сфинктер у него расслабился от страха.

Арисаи поставили смердящего человека на колени перед императрицей.

— Сестричка, позволь представить тебе генерала Лотарева, командующего третьей воларской армией. Я одела его в красное и обещала благословение Союзника, если генерал доставит мне золотоволосую суку — желательно живой и в цепях, хотя труп тоже сгодится. Но его героические солдаты удрали с поля боя с такой скоростью, что они, наверное, уже на восточном побережье."

"Императрица присела, схватила неудачливого генерала за волосы и запрокинула голову назад. Мертвенно-бледное лицо генерала дергалось, глаза закатились. Похоже, несчастный ошалел от страха.

— Лотарев, зачем ты вернулся? — добродушно спросила императрица.

Рива подумала, что генерал вряд ли понимает ее. Дело даже не в том, что она говорила на языке Королевства. Генерал сейчас был не в состоянии понять хоть слово на каком угодно языке.

— На что ты надеялся? Неужели тебя привело чувство долга? Наверное, годы службы затуманивают мозг. Столица в опасности, ты помчался предупредить меня, невзирая ни на что. Небось рассчитывал на статую за героизм?

Она наклонилась к нему, взялась за небритый подбородок, заговорила тише:

— Разве ты не понимаешь? Пусть сука-блондинка перебьет всех до последнего в этом городе и сотрет его в порошок. Я посмеюсь. Мне нужна она и только она.

Императрица крепче взялась за волосы, дернула — и генерал жалобно заскулил.

— Знаешь, она однажды забрала кое-что у меня. Так что с нее причитается. Много причитается.

Она выпустила его волосы, встала и задумчиво посмотрела на статую.

— Все же твоя добросовестность не должна остаться без награды. Я хочу избавить тебя от Трех смертей и дать тебе вожделенную статую. А изваяет ее опытная рука моей младшей сестры.

К Риве подошел арисай, протянул топор с широким лезвием, другие подтащили генерала, опустили на колени. Тот покорно нагнулся, подставил шею.

Не обращая внимания на топор, Рива посмотрела на императрицу и сказала:

— Нет.

— В самом деле? — удивилась та. — Так странно. Доклады из Алльтора весьма недвусмысленно живописали твое пристрастие развлекаться именно таким образом.

В памяти Ривы опять всплыла голова вольного мечника, летящая за стену, брызжущая кровью, очередь пленников у эшафота, их слова. Ты не лучше нас. Нет, ни о чем не думай, ничего не чувствуй.

— Сама убивай своих, — буркнула Рива.

— Но я хочу, чтобы мы лучше поняли друг друга, — искренне проговорила императрица, коснулась кандалов Ривы. — Кровь сблизит нас.