Королева пламени

 — Ему и в голову прийти не может, что мы двинемся в Ренфаэль, его собственную землю, где люди, как он думает, отчаянно верны ему. Интересно, Дарнел и в самом деле настолько непроходимый глупец или попросту обезумел?»

Очередной патруль направился в сторону Френтиса — пара всадников и свора собак. Когда они пошли вверх по склону, волк поднялся. Всадники тут же осадили коней, гончие заметались под ногами, скуля от страха. Хозяева хлестали собак плетками, угрожали и сквернословили.

И тут волк завыл.

Колоссальный звук обрушился на Френтиса, он уткнулся лицом в землю, зажмурился, закрыл уши руками, а вой катился над полями и лесами. Его мощь будто резала шкуру ржавой пилой. Ни разу за долгие годы рабства Френтис не ощущал себя настолько крохотным и беспомощным.

Когда вой затих, Френтис увидел зеленые волчьи глаза. Казалось, они лезут в самую душу. Волк знал Френтиса, проник в каждый его секрет, каждую запрятанную тяжесть на совести. Шершавый волчий язык коснулся лба, продрал кожу будто наждаком, Френтис охнул. Но с ощущением пришло ясное понимание — нет, скорее послание, ярко засиявшее в рассудке: «Ты должен простить себя»."

"У Френтиса вырвался невольный смешок. Волк отпрянул, заморгал, потрусил прочь. Френтис посмотрел ему вслед. Зверь помчался серебряной стрелой в высокой траве и скрылся в мгновение ока.

Френтиса привело в себя ржание испуганной лошади. Он обернулся. Всадники в изумлении глядели на него. Их собаки, тявкая и скуля, умчались в лагерь. Френтис выбрал всадника справа, вытянул метательный нож, швырнул и попал в глотку. Хрипя и брызжа кровью изо рта, всадник упал с лошади. Его ошалевший напарник смотрел то на труп, то на Френтиса, дергал руками, стискивающими поводья, но к мечу не потянулся.

— У тебя важное задание. Передай привет от Красного брата лорду Дарнелу, — велел перепуганному солдату Френтис.

Он сел на коня, заехал на гребень и понаблюдал за тем, как солдат мчится в лагерь. Несколько секунд — и лагерь будто взорвался. Рыцари спешно напяливали доспехи, бежали к коням, шатры падали, оруженосцы собирали вещи. Наконец из густого облака пыли выехал одинокий рыцарь. Послеполуденное солнце сияло на его голубых доспехах. Френтис дружески помахал рукой и задержался ровно настолько, чтобы Дарнел его заметил, а затем галопом погнал на восток.

Френтис петлял, чтобы выиграть время для людей Бендерса. Он скакал на восток, останавливался, наблюдал за погоней, затем сворачивал на юг. Дарнел неуклонно приближался, но у его рыцарей была слишком тяжелая броня, и они не могли догнать легкого всадника. Всякий раз, останавливаясь, Френтис махал преследователям рукой, а в последний раз выждал столько, чтобы Дарнел смог увидеть издевательский поклон.