Жена по контракту

Самой, ни на кого не опираясь. Иногда и этого достаточно, чтобы чувствовать безграничную радость.

Над раковиной висело большое и идеально чистое зеркало, но я боялась в него смотреть. Как выгляжу сейчас? Почему-то меня это жутко волновало, хотя всё время, что лежу здесь, даже не задумывалась о своей внешности. А тут вдруг захотелось быть красивой. Болезнь, наверное, так повлияла.

Всё-таки не удержалась, глянула на себя сквозь глянцевую поверхность и удивилась, что ещё весьма сносно выгляжу. Да, бледная, замученная, но всё-таки не такая страшная, как ожидалось. Только волосы тусклые совсем, висят безжизненными сосульками. Отвратительно. Волосы свои я любила, а тут такой ужас.

Намочила руки тёплой водой, прошлась по волосам, разглаживая, и почти получилось привести себя в приличное состояние. Ладно, перед кем красоваться?



Белая больничная рубашка взамен испачканному платью, в котором я сбежала из дома, сидела на мне, точно мешок, а резиновые сланцы натирали ноги, но я и этому радовалась. Главное, что могу идти сама, а остальное — полная ерунда и совсем ничего не значит.

Коснулась рукой стальной ручки, толкнула дверь и она распахнулась. Вот, хоть погуляю по коридору — не всё время же в палате торчать. Да и очень хотелось поговорить с врачом, выяснить, когда меня выпустят уже отсюда. Несмотря на идеальные условия, больница угнетала, давила белоснежными стенами до удушья. И пусть меня за порогом совсем никто не ждёт, но тут находиться тоже уже невозможно.

Вышла в коридор, опираясь о дверь, посмотрела по сторонам и охнула.

Арманд. Он шёл в мою сторону, глядя под ноги, о чём-то размышляя, не видел меня. А я застыла, не в силах сделать и шага. Просто смотрела, как между нами сокращается расстояние.

4 глава

Арманд

Поднял голову и встретился с ярко-голубыми глазами, следящими за мной с каким-то щемящим интересом. Что-то было в этом взгляде такое, что било наотмашь — со всей силы прямо в солнечное сплетение.

И я почти задохнулся то ли от радости, что ей уже настолько лучше, то ли от сожаления, что скоро у меня не останется ни единой разумной причины видеть её. И ведь шёл сюда сегодня, понимая, что перехожу уже всякие границы, и не идти не мог, будто примагнитило.

Сначала, когда Михалыч осмотрел её в моём кабинете, я просто хотел вызвать скорую. Но Лана так металась, так кричала и беззвучно плакала, борясь с только ей видимыми призраками, что я понял: не могу и не хочу оставлять её в обычной больнице, где наверняка никому не будет дела до девушки в беспамятстве и без документов.

И мы отвезли её в эту клинику, где не только трудился, не покладая рук, мой лучший друг и извечный спаситель, но и построено всё было сугубо на мои деньги.

Я мог просто оплатить лечение — этого было бы вполне достаточно в знак благодарности.