Королевская кровь. Книга 3

— Я и так вас почти не вижу, лорд, да и слышу, надо признаться, с трудом, — сухо ответил дворецкий, — и удалился в сторону кухни. Люк улыбнулся — старик все сделает, как надо.

Через полчаса переодетый к позднему ужину и хорошо разогревшийся грогом Люк — пил он не без настороженности, памятуя о своем ранении — но организм воспринял алкоголь как давнего знакомого и удовлетворенно расслабился, сидел с матерью за большим столом в столовой, окрашеной в яркие летние цвета, с плотно задернутыми занавесками, и с наслаждением ел. Немного, растягивая удовольствие — не хотелось бы, чтобы его задумка провалилась из-за взбунтовавшегося желудка.

Леди Шарлотта смотрела на сына с беспокойством. Люк позвонил днем, сообщил о готовящемся побеге и попросил не волноваться. Но она все равно волновалась. И радовалась тому, что беспокойный отпрыск дома.

— Луциус будет в ярости, — сказала она в конце ужина, аккуратно подцепляя ложечкой кусочек пудинга.

— Переживу, — легко отмахнулся Кембритч, откидываясь на спинку стула. — Ты купила то, что я просил?

— Купила, — строго произнесла леди Шарлотта, — и это было нелегко, поверь мне.

Единственный питомник находится в области, и чудо, что до него добрались до закрытия. Зачем тебе, сынок?

— Подарок хочу сделать, — сообщил Люк внимательно глядящей на него матери. — Потом расскажу, мам. Ну не смотри на меня так. Мне сразу хочется все выболтать. Где они, кстати?

— Спят, слава Богам, — устало ответила графиня Кембритч. — Как маленькие дети, всего несколько часов в доме, и он почти разрушен.

— Завтра избавлю тебя от этих чудовищ, — рассмеялся Люк, вставая. — Мам, спасибо тебе. Пойду я спать.

— Спокойной ночи, сынок, — сказала леди Кембритч, провожая сухощавую фигуру сына взглядом.

Церемония награждения проходила в том же Малом зале, что и памятная посольская встреча, и Люк, заходя в помещение вслед за Тандаджи, едва заметно поморщился, глядя на сияющий бронзой пол — слишком хорошо помнил, как выглядела на нем его кровь. И как он оставил красные следы на этих высоких белых дверях, когда его шатнуло и понадобилось обо что-то опереться.

Тихо играл маленький оркестр, сияли огни изящных, похожих на золоченые птичьи гнезда светильников под потолком, в несколько рядов стояли полукругом обитые красным бархатом кресла перед королевской ложей, и столики для фуршета были уже накрыты.

Никаких журналистов, никаких камер. Тайное чествование тайных героев. А как иначе? Во всех странах так. Если сообщать о всех попытках покушений на глав государств, то народы будут находиться в состоянии постоянной паники.

— Как ты вообще додумался притащить их в Управление? — сухо спросил Тандаджи, пока помощник церемониймейстера провожал их к местам на первом ряду, у самого края.