Королевская кровь. Книга 3

Тандаджи с момента знакомства напоминал мне большого отожравшегося крокодила. Зеленый крокодил в Зеленом крыле. Лежит такая махина на песочке, бревно бревном, почти не дышит. Но стоит подойти ближе — клац зубами — и нет смельчака.

Игорь Иванович Стрелковский лично мне был поприятнее. Да что там говорить — он был моей первой девичьей влюбленностью. Высокий, стройный, светловолосый, в форме — он всегда легко общался с нами, а Поля с ним даже дружила своеобразно.

Лет до двенадцати я страдала по Игорю Ивановичу. Потом я влюбилась в одноклассника, потом в другого, третьего, потом в популярного тогда певца Василия Луча — и каждый раз страшно переживала, плакалась Катюхе, мучила ее восхвалениями очередного избранника.

Пока не поняла, что все мои сердечные порывы длятся не больше месяца, затем становится скучно, и я с недоумением гляжу на предмет своих воздыханий, гадая, что же я в нем нашла? Со временем я смирилась с тем, что на глубокое всепоглощающее чувство не способна. Точнее не так. Они все у меня были всепоглощающими, только быстро заканчивались. А семь последних лет не было и этого. Если не считать, конечно, мои вздохи по Мариану, но, положа руку на сердце, здесь было больше восхищения и зависти к тому, что Вася нашла своего мужчину. Сейчас я вполне отдавала себе отчет, что мне бы с таким, как Байдек, было бы очень тяжело.

Моя странная зависимость от Кембритча была почти рекордом — два месяца, но кто поручится, что завтра я не очнусь, как это уже бывало, с ровным сердцем и спокойной головой?

«Осталось понять, надеешься ты на это или боишься этого»."

"Из кабинета Тандаджи быстро выходили сотрудники управления с полубезумным видом хорошо пришпоренных лошадей.

Кланялись, здоровались и убегали на свои места. Круглосуточно они тут, что ли? Я подождала, пока выйдет последний, заглянула в кабинет. Грозный начальник сидел с отрешенным лицом, поднял на меня глаза, встал.

— Добрый вечер, Марина Михайловна.

— Добрый вечер, полковник, — отозвалась я, проходя в кабинет. — У меня к вам просьба.

— Почту за честь помочь вам, Ваше Высочество, — ответил тидусский крокодил, кланяясь.

Интересно, только я слышу откровенное ехидство в его тоне?

— Это не займет много времени, садитесь, пожалуйста, — попросила я, аккуратно присаживаясь в кресло напротив стола.

 — Я хочу сделать татуировку. И мне нужно, чтобы вы порекомендовали мне надежного мастера.

— Татуировку, — произнес Тандаджи. И посмотрел на меня тем самым взглядом, видимо, прикидывая, есть ли в его казематах свободная одиночка.

— Совершенно верно, полковник, — видят Боги, мне очень хотелось рассмеяться.

Он некоторое время смотрел на меня, а я на него. Молча.