Королевский отбор

Не удивлюсь, если герцогиня, которая почти запрыгнула к принцу в постель, подсыплет мне завтра мышьяка в утренний кофе. И я даже осудить ее за это не могу.

И не объяснишь, что так неловко и нелепо вышло действительно из-за того, что мне нужно поговорить с Колвином, а не потому, что я стремлюсь разрушить их радужные отношения. Больно надо!"

"Впрочем, я категорически ничего не хотела объяснять Эстер. Меня она раздражала, и не только потому, что была невестой Колвина. Вернее, совсем не поэтому, а просто я никогда не любила ухоженных, идеальных внешне стервозин с холодным сердцем. Мне даже было немного жаль принца, но, думаю, он справится, все же и сам недалеко ушел от своей невесты.

Пока я размышляла, Колвин вернулся. Выглядел он чуть лучше. По крайней мере, убрал бутылку, правильно застегнул темно-синюю шелковую рубашку и пригладил волосы. «Под воду, надо думать, совал, чтобы выветрить хмель?» – размышляла я, задумчиво рассматривая влажные пряди, которые сейчас выглядели графитовыми.

– Ты пришла просто посмотреть на меня, Лара? – недовольно спросил он. – Ты отослала мою невесту, саму тебя категорически не устраивает роль любовницы, но при этом ты без зазрения совести портишь мне вечер, полный эротических планов, и разглядываешь меня так, что хочется забыть о своем благородном воспитании. Чего ты добиваешься? Я по-прежнему зол, зол настолько, что готов сделать то, о чем мы будем потом оба жалеть…

– И что же? – признаться, я настолько заслушалась его бархатным голосом, что немного вышла из реальности и за это поплатилась. Не заметила момент, когда Колвин подошел слишком близко. Очнулась, когда на меня в упор смотрели изумрудные глаза.

– Ну, для начала это… – он наклонился, взял меня за подбородок и совершенно неожиданно поцеловал, опалив губы дыханием.

От неожиданности я подскочила с дивана, намереваясь ускользнуть, но вместо этого оказалась плотно прижата к сильному и очень горячему телу. Даже я была не настолько невинна, чтобы не почувствовать его возбуждение.

Руки стискивали меня так, словно я была тряпичной куклой, а жадный поцелуй имел вкус выдержанного коньяка. Колвин злился, и этот поцелуй не походил на наш первый – нежный и трепетный. Сейчас меня затягивало, словно в водоворот. Я даже сопротивляться не могла, только уперлась кулаками, в одном из которых все еще был зажат скарабей, Колвину в грудь и тщетно пыталась отстраниться, с трудом вспоминая, зачем я это делаю.

Поцелуй пьянил, и я против воли начала отвечать, чувствуя, что теряю голову от умелых губ. Внизу живота стало жарко, а платье вдруг показалось слишком тонким. На груди оно прилегало, как вторая кожа.

Мужчина стал смелее. Руки прошлись по лопаткам, ниже к пояснице.