Королевство плоти и огня

Голова Вознесшегося запрокинулась, и Кастил…

Я выдохнула, разинув рот.

Он разорвал зубами шею рыцаря. Отшвырнув его, выплюнул кровь и выдернул меч из груди первого за секунду до того, как он обратился в прах.

Я осматривала двор, больше не видя лорда Чейни, зато заметила, как один рыцарь пятится назад – тот, что держит ребенка. Он использовал мальчишку как щит, держа меч у него под подбородком.

Вольвенский кинжал практически вибрировал у меня в руке, и я наконец сдвинулась с места. Инстинкт вытеснил ужас. Я чувствовала себя как на Валу или как во время недавнего боя с Жаждущими.

Мной овладели сосредоточенность и спокойствие, и я бросилась во двор, к экипажу. Краем глаза увидела, как Киеран прыгает на рыцаря, который прижал Элайджу спиной к каменной стене крепости. Вольвен схватил рыцаря мощным челюстями и швырнул на землю. Появилась Магда и вонзила в упавшего меч из кровокамня.

Я замедлила шаг, обходя сзади экипаж, остановилась и выглянула из-за него. Рыцарь тащил упирающегося мальчишку к конюшне, мощной рукой обхватив его шею. Выпученные в панике глаза жертвы встретились с моими за мгновение до того, как рыцарь отвернулся.

– Брыкайся, – прорычал рыцарь. – Так кровь бежит быстрее.

Ребенок больше не был щитом.

Он стал пищей.

Моя кровь вскипела от ярости. Я выскочила из-за экипажа и побежала к ним. На ходу я перебросила кинжал с тяжелой рукояткой так, чтобы схватить его за лезвие – как учил Виктер.

Рыцарь вдруг повернулся, таща мальчишку, словно тряпичную куклу. Он занес меч, а его глаза, красновато-черные в лунном свете, скользнули по мне, по моему лицу. Шрамы. Он вытаращил глаза, узнав меня. Он знает, кто я. Он расслабил руку, чуть-чуть опустив меч.

Мне представился шанс.

И я им воспользовалась.

Кинжал вылетел из моих пальцев и завертелся в воздухе. Клинок попал в цель, вонзился в глаз рыцаря и проник глубоко в мозг. Его руки разжались и выпустили меч. Тот упал на землю, а по коже рыцаря побежали крохотные трещины, тонкие, но глубокие. А потом он рассыпался на куски, словно провалился внутрь себя.

– Проклятье, – сказал мальчик, вытаращив глаза.

Наклонившись, он подобрал кинжал с брони и протянул мне.

– Ты его убила! Ты его убила прямо в глаз! Как ты это сделала? Покажешь?

Я с облегчением убедилась, что он нисколько не пострадал, и изогнула губы.

– Может быть…

– Двое вместо одного? – раздался голос позади нас. – Превосходно.

– Беги и прячься, – сказала я мальчику и оттолкнула его.

Надеясь, что он послушается, я развернулась к рыцарю. Его рот был перепачкан сгустками крови. Я начала думать, что они не придерживаются обета молчания, когда не скрывают свою сущность.

Он то ли не получил описания моей внешности, что маловероятно, то ли слишком одержим жаждой крови. Он наклонился и зашипел, оскалив клыки.