Королевство плоти и огня
Предательство…Все, во что верила Поппи, оказалось ложью, в том числе мужчина, в которого она влюбилась. Она не знает, кем теперь является без вуали Девы. Знает только то, что для нее нет ничего опаснее, чем он. Темный. Принц Атлантии. Он хочет, чтобы она с ним сражалась, и этому приказу она рада подчиниться. Пусть он держит ее в плену, она никогда не будет ему принадлежать.Выбор…Кастил Да'Нир известен под многими именами и многими личинами. Его ложь так же соблазнительна, как его прикосновения. Его правда так же чувственна, как его укус. Поппи знает, что доверять ему нельзя. Она нужна ему живой и невредимой. Но и он – единственный, кто может помочь ей найти брата Йена и самой увидеть, стал ли он бездушным Вознесшимся. Только вот сотрудничать с Кастилом, а не бороться с ним тоже опасно. Он по-прежнему искушает ее с каждым дыханием, предлагая все, что она хочет. У Кастила на нее свои планы, которые могут либо дать ей невообразимое наслаждение, либо причинить непостижимую боль. Планы, которые заставят ее по-новому взглянуть на себя – и на него. Планы, которые могут связать их жизни, к чему не готовы оба королевства. И она чересчур безрассудна и слишком изголодалась, чтобы противостоять искушению.Темные времена порождают темные секреты, и погрязшие в грехе королевства пойдут на все, дабы скрыть правду. Но когда земля задрожит, а небеса разразятся кровавым дождем, может оказаться слишком поздно.
А меня…
Меня лишили свободы и держали взаперти, так что я ни с кем не могла поделиться своими подозрениями. И в основе этой системы стояла королева, которая так нежно заботилась обо мне. Это нельзя отрицать. Как нельзя отрицать и то, что эта система будет крепнуть и разрастаться, если только ее не сокрушат атлантианцы. Но даже лишенные возможности создавать новых собратьев, Вознесшиеся по-прежнему будут сильны, если останутся у власти. Если отец Кастила не пойдет на них войной.
Но война всегда затрагивает обе стороны. Потери бывают у обеих сторон, и их особенно много среди невинных.
– Да. Виноватые – они, – наконец признала я, удивляясь тому, как сильно мы отклонились от темы.
Я убрала с лица выбившуюся прядку волос и прочистила горло.
– Итак, ты получил ответ, почему я такая тихая. Если бы я знала, что мои оскорбления и угрозы убедят всех в нашем соглашении, я бы всадила в тебя нож утром в пиршественном зале.
– Ну, я бы не заходил так далеко, – сказал он, стиснув меня. – Но можно я кое-что предложу? Я бы прекратил называть нашу помолвку соглашением или договоренностью.
– Но разве это не соглашение?
– Я бы сказал, что наше соглашение очень личное. Поэтому нет.
– Между нами всего лишь соглашение. Ничего личного.
– Ничего личного? Так ли? – Его рука переместилась ниже, к пуговицам на моих штанах.
У меня перехватило дыхание.
– Да.
– Правда?
– Да, – прошипела я.
– Интересно, в прошлой ночи тоже не было ничего личного? – пробормотал он и поймал зубами мочку моего уха.
"Я ахнула, расширив глаза. В крови разлился огонь от этого легкого покусывания. Медленно освободив чувствительное место, он усмехнулся и коснулся губами за ухом, а потом провел острыми зубами по моему горлу. Меня охватил бесстыдный трепет.
Все мои мысли разбежались. Вскипевшая кровь ревела в ушах, бурлила по всему телу, сжимала грудь и пульсировала между ног, куда его пальцы осмелились подобраться опасно близко. Они двигались этими маленькими кругами, задевая шов на моих штанах и потирая его в самом центре. Я невольно выгнула спину, и какая-то скрытая, безрассудная часть меня пожелала, чтобы эти пальцы опустились ниже…
– А сейчас? – повторил он.
Я отреагировала не раздумывая: врезала локтем ему в живот. Кастил выругался.
– Пожалуйста, не деритесь верхом, – крикнул откуда-то сзади Делано. – Мы не хотим, чтобы Сетти затоптал кого-нибудь из вас.
– Говори за себя, – раздался насмешливый голос Киерана.
Кастил выпрямился за моей спиной.
– Не волнуйтесь. Мы не свалимся. Просто любящий пинок.

















