Королевство плоти и огня
Предательство…Все, во что верила Поппи, оказалось ложью, в том числе мужчина, в которого она влюбилась. Она не знает, кем теперь является без вуали Девы. Знает только то, что для нее нет ничего опаснее, чем он. Темный. Принц Атлантии. Он хочет, чтобы она с ним сражалась, и этому приказу она рада подчиниться. Пусть он держит ее в плену, она никогда не будет ему принадлежать.Выбор…Кастил Да'Нир известен под многими именами и многими личинами. Его ложь так же соблазнительна, как его прикосновения. Его правда так же чувственна, как его укус. Поппи знает, что доверять ему нельзя. Она нужна ему живой и невредимой. Но и он – единственный, кто может помочь ей найти брата Йена и самой увидеть, стал ли он бездушным Вознесшимся. Только вот сотрудничать с Кастилом, а не бороться с ним тоже опасно. Он по-прежнему искушает ее с каждым дыханием, предлагая все, что она хочет. У Кастила на нее свои планы, которые могут либо дать ей невообразимое наслаждение, либо причинить непостижимую боль. Планы, которые заставят ее по-новому взглянуть на себя – и на него. Планы, которые могут связать их жизни, к чему не готовы оба королевства. И она чересчур безрассудна и слишком изголодалась, чтобы противостоять искушению.Темные времена порождают темные секреты, и погрязшие в грехе королевства пойдут на все, дабы скрыть правду. Но когда земля задрожит, а небеса разразятся кровавым дождем, может оказаться слишком поздно.
Халат сполз, и между изгибом моих ягодиц и его твердостью теперь нет ничего, кроме его штанов. Я прикусила губу, а он провел рукой по моему бедру и приподнял мою ногу, чтобы просунуть свою между моими.
Он провел по моему боку, руке, а потом обратно.
– И сильная.
Халат соскользнул дальше, словно следуя за его рукой. Я заметила, что ткань еще сильнее разошлась, открыв одну грудь. У меня зарделись щеки, когда я увидела доказательство моего желания в набухшем соске. Рука Кастила сомкнулась на моей груди, и я ахнула, когда он погладил его большим пальцем.
– Такая великодушная, – выдохнул он."
"Его рука скользнула дальше, ниже пупка, по голому боку, а потом еще ниже. Его пальцы наткнулись на скопившуюся там влагу, и он обхватил меня снизу ладонью. Его прикосновение как клеймо. Он лениво вытянул один палец к самому моему центру и принялся поглаживать легкими, игривыми движениями, отчего все мое тело начало извиваться. Эти невесомые, как перышком, касания продолжались до тех пор, пока я не подумала, что сейчас вылезу из кожи, что точно воспламенюсь, и тогда он погрузил палец в меня.
– И такая красивая, – выдавил он сквозь зубы, убирая палец, а потом продвигая обратно.
Он наклонил руку так, что его большой палец танцевал на чувствительном комке нервов, и продолжал медленно двигать туда-сюда своим длинным умелым пальцем, все больше и больше сбивая мое дыхание. Другой рукой он обхватил меня поперек, накрыв ладонью напряженную грудь, и добавил второй палец, разжигая огонь еще сильнее.
Я вытянулась и вскрикнула, прижимаясь к его руке, к нему. Его дыхание вырывалось резкими толчками. Повернула к нему голову – он наблюдал за своими руками, за тем, как я поднимаюсь и трусь о его руку. Окунулась в упоительные ощущения, в это исступление. Реальность унеслась прочь. Я не была пленницей. Он не был захватчиком. Мы не были партнерами в соглашении, использующими друг друга. Были просто мы, его умелые пальцы и руки, тепло его объятий, восхитительное напряжение внутри меня. Он задрожал, выругавшись, а я скакала на его руке, на твердости, прижавшейся ко мне сзади.
Он начал отстраняться, между нами возникло пространство, но я была во власти огня. Протянув назад руку, я вцепилась пальцами в его бедро и вонзила ногти в безмолвном требовании.
Кастил подчинился.
Он подавил очередное ругательство, на мгновение его горячие губы коснулись моих, и его пальцы стали двигаться настойчивее и глубже. Я раскачивалась на нем, мы оба двигались безо всякого ритма.

















