Королевство плоти и огня
Предательство…Все, во что верила Поппи, оказалось ложью, в том числе мужчина, в которого она влюбилась. Она не знает, кем теперь является без вуали Девы. Знает только то, что для нее нет ничего опаснее, чем он. Темный. Принц Атлантии. Он хочет, чтобы она с ним сражалась, и этому приказу она рада подчиниться. Пусть он держит ее в плену, она никогда не будет ему принадлежать.Выбор…Кастил Да'Нир известен под многими именами и многими личинами. Его ложь так же соблазнительна, как его прикосновения. Его правда так же чувственна, как его укус. Поппи знает, что доверять ему нельзя. Она нужна ему живой и невредимой. Но и он – единственный, кто может помочь ей найти брата Йена и самой увидеть, стал ли он бездушным Вознесшимся. Только вот сотрудничать с Кастилом, а не бороться с ним тоже опасно. Он по-прежнему искушает ее с каждым дыханием, предлагая все, что она хочет. У Кастила на нее свои планы, которые могут либо дать ей невообразимое наслаждение, либо причинить непостижимую боль. Планы, которые заставят ее по-новому взглянуть на себя – и на него. Планы, которые могут связать их жизни, к чему не готовы оба королевства. И она чересчур безрассудна и слишком изголодалась, чтобы противостоять искушению.Темные времена порождают темные секреты, и погрязшие в грехе королевства пойдут на все, дабы скрыть правду. Но когда земля задрожит, а небеса разразятся кровавым дождем, может оказаться слишком поздно.
Что я говорила? Мне не сразу удалось вспомнить.
– Если ты знаешь, когда я лгу, то какое имеет значение, говорю ли я правду?
– Потому что правда важна.
Он убрал руку с талии и провел ею вниз по моему бедру, возмутив воду. По моим ногам и между ними заплясали пузырьки. Внизу живота сгустилась коварная истома.
– Правда – это разрешение.
Мой затуманенный взгляд скользнул по голубым и лиловым соцветиям.
– Да?
– Да. – Он помолчал. – Ты знала, что пока укус полностью не заживет, он становится эрогенной зоной? Точкой удовольствия? Я могу вызвать у тебя такие же ощущения, как при укусе.
Кажется, да.
– Нет.
– Хочешь, покажу? – предложил он. – Я знаю, ты любопытная.
– Да, – прошептала я. Голова кружилась от предвкушения.
– Помни, принцесса, это лишь для того, чтобы утолить твое любопытство. Ничего более.
– Знаю.
Я сжала пальцы на камне.
– Хорошо.
Его рот сомкнулся на месте укуса, он втянул кожу между зубами. Моя спина выгнулась, затвердевшие соски прижались к его груди. Я задрожала, превратившись в жидкость.
Боги богов…
– Я когда-нибудь говорил, какой у тебя вкус? – Кастил провел языком по чувствительной отметине.
– Медовой дыни? – прошептала я с закрытыми глазами. Повернула голову к нему, ища ощущений, которых я не должна хотеть.
– Испорченная девчонка. Я говорю не об этом. – Он куснул мой подбородок, и я опять задохнулась. – Я имел в виду твою кровь, а ты увела мои мысли в непристойное направление.
– Твои мысли всегда пребывают в непристойных местах.
Кастил рассмеялся.
– Не могу отрицать. – Его нос потерся о мой, а рот приблизился к моим губам. – Твоя кровь на вкус – старая, мощная, но легкая. Как лунный свет. Теперь я знаю почему.
– Как может что-то иметь вкус лунного света?
– Наверное, дело в магии. А теперь перестань меня отвлекать, когда я пытаюсь рассказать о своей идее.
– Я не… – Его руки скользнули по моим бедрам, и я прикусила губу. – Я не отвлекаю.
– Ну да. Ты всегда отвлекаешь, и еще как, – мягко упрекнул он.
– Похоже, это твоя проблема.
– Это наша проблема.
– Так на что ты просил разрешения? – Я задыхалась, словно стояла на краю пропасти. – Что за идея?
– Если хочешь… – Его грудь поднималась и опадала, касаясь моей, и меня пронзали стрелы запретного удовольствия.
Его рука заскользила по моему бедру, выше и выше…
Кончики его пальцев достигли доказательства того, что он уже наверняка почуял. Мои бедра содрогнулись, а с губ сорвался приглушенный стон.
Кастил накрыл мой рот своим. Это был не поцелуй, а просто касание губ.
– Ты можешь притвориться. – Он поднял голову, и между нами просочился холодный воздух. – Можешь притвориться, будто это не потому, что у тебя есть потребность во мне.
Мое сердце трепетало, как пойманная бабочка.

















