Королевство плоти и огня
Предательство…Все, во что верила Поппи, оказалось ложью, в том числе мужчина, в которого она влюбилась. Она не знает, кем теперь является без вуали Девы. Знает только то, что для нее нет ничего опаснее, чем он. Темный. Принц Атлантии. Он хочет, чтобы она с ним сражалась, и этому приказу она рада подчиниться. Пусть он держит ее в плену, она никогда не будет ему принадлежать.Выбор…Кастил Да'Нир известен под многими именами и многими личинами. Его ложь так же соблазнительна, как его прикосновения. Его правда так же чувственна, как его укус. Поппи знает, что доверять ему нельзя. Она нужна ему живой и невредимой. Но и он – единственный, кто может помочь ей найти брата Йена и самой увидеть, стал ли он бездушным Вознесшимся. Только вот сотрудничать с Кастилом, а не бороться с ним тоже опасно. Он по-прежнему искушает ее с каждым дыханием, предлагая все, что она хочет. У Кастила на нее свои планы, которые могут либо дать ей невообразимое наслаждение, либо причинить непостижимую боль. Планы, которые заставят ее по-новому взглянуть на себя – и на него. Планы, которые могут связать их жизни, к чему не готовы оба королевства. И она чересчур безрассудна и слишком изголодалась, чтобы противостоять искушению.Темные времена порождают темные секреты, и погрязшие в грехе королевства пойдут на все, дабы скрыть правду. Но когда земля задрожит, а небеса разразятся кровавым дождем, может оказаться слишком поздно.
– Их нужно вытереть в первую очередь, – пояснил он, и я нисколько не сомневалась, что он смотрит на меня, выжимая воду из моих волос. Он видит, как топорщатся мои соски и как я краснею.
– Не хотелось бы, чтобы ты простудилась, – сказал он хрипловато. – Я слышал, что такое возможно с мокрыми волосами.
– Угу.
Я шевельнула челюстью, а мои губы растянулись в улыбке.
– Я просто стараюсь быть основательным. – Он накрыл полотенцем мои руки до самых кончиков ногтей, а потом спину. – Поблагодаришь меня позже.
– За основательность?
– В том числе.
Кастил вытер мой живот и поднял полотенце выше, собрав влагу между грудей.
У меня затрепетало в животе, когда он вытер мою левую ногу, затем правую и наконец между ногами. Я резко втянула воздух и слегка покачнулась.
– Просто стараюсь быть основательным, – напомнил он, прищурившись. – Не хочу, чтобы ты была чересчур мокрой, принцесса.
У меня сложилось впечатление, что он имеет в виду что-то другое.
Полотенце погладило мой зад.
– Думаю, ты теперь вся сухая.
Да.
В основном.
Усмехнувшись, Кастил опустил голову и поцеловал бледный неровный шрам на внутренней стороне моего бедра. Это вырвало меня из блаженного тумана. Я смотрела, как он встает, и в голове проносились тысячи разных мыслей.
Он укутал меня полотенцем, и я схватилась за края.
– Кастил…
– Знаю. – Он приложил палец к моим губам. – То, что мы здесь делали, останется здесь.
Заморгала, уязвленная словами, которые даже не вполне поняла. Я не собиралась этого говорить.
Кастил повернулся и взял белую рубашку, резко контрастирующую с его смуглой кожей. Локон темных волос на лбу смягчал его черты. Склонив голову, он застегнул пуговицы на штанах. Я ощутила трепет внизу живота. Как он умудряется обычное одевание делать таким чувственным?
Мне правда не следует стоять и смотреть, как он одевается. Бросив полотенце, я быстро схватила свою одежду.
– Вот. – Кастил опять закатал мне рукава.
Не знаю, что именно заставило меня подумать о последствиях того, чем мы занимались.
– Ты говорил, что предохраняешься от зачатия. – Я вспомнила, что он принимает травы, которые делают и мужчин, и женщин временно бесплодными. – Ты все еще защищен?
– Да. Я осторожен, Поппи, – ответил он без колебаний, подбирая нашу одежду и мои сапоги. – Я бы не рискнул появлением ребенка.
«У нас»."
"Кастил этого не сказал, но слова все равно повисли в воздухе.

















