Корона из золотых костей

Он провел рукой по волосам и посмотрел на меня.

– Но если он и остальные действовали из убеждения, что они защищают Атлантию, я не понимаю, какое отношение к этому имеют порча посевов и погромы.

Мой взгляд упал на подушку цвета морской волны, и я заставила себя разжать руки. Для меня тоже все это не имело смысла, но эти действия вызывали смуту. Кто-то путем разрушения добивался своих целей. Стоило подумать о Вознесшихся, как для меня это стало ясно. Народ Солиса постоянно терпел невзгоды, и благодаря этому людьми было легче манипулировать и управлять. Аластир замышлял переворот, и его было бы легче осуществить, когда народ Атлантии несчастен.

Но теперь, когда Аластира и его сообщников больше не существовало, были ли другие, кто сеет раздор в Атлантии и видит во мне угрозу? Кастил и Киеран, вероятно, считали, что это возможно. Вот почему Кастил дал мне кинжал перед тем как уйти за едой, и вот почему Киеран сидел сейчас со мной.

То, что мне сказала в экипаже герцогиня, и слова Аластира всплыли в памяти, словно призраки, вознамерившиеся преследовать меня.

Киеран осторожно дернул меня за волосы.

– О чем ты думаешь?

Я оставила подушку в покое.

– Кастил говорил тебе о том, что сказала мне герцогиня перед тем, как я ее убила?

– Нет.

Меня это удивило, но вряд ли Кастил умолчал об этом потому, что не хотел ставить Киерана в известность. У них в самом деле не было времени на разговоры.

– Она сказала, что королева Илеана будет в восторге, когда узнает о моем замужестве, и что я смогу исполнить то, что так и не удалось ей. Что я захвачу Атлантию.

Киеран нахмурился.

– Бессмыслица какая-то.

– Но смысл есть, не так ли? Как потомок богов я могу занять трон без применения силы.

Я захвачу Атлантию.

– Да. Ты законная правительница.

Я тяжело сглотнула и потянулась за бокалом вина.

– Но я не понимаю, как это поможет Солису, – добавил Киеран.

– Я тоже, но она так сказала, и…

– Ты думаешь, в этом есть смысл из-за той чуши, что наговорил тебе Аластир?

Я ничего не ответила.

– Послушай меня, Поппи. – Он наклонился так, что наши глаза оказались на одном уровне и между нами почти не осталось пространства. – Все до единого живущие в Атлантии являются потенциальной угрозой королевству. Наши действия, наши убеждения? Любой из нас может разнести королевство на части.

То, что ты потомок богов, не делает тебя большей угрозой королевству, чем любой другой. Контролировать свои действия можешь только ты. Не твоя кровь, не твоя кровная линия. Аластир был неправ. Как и герцогиня. А то, что ты не обратилась в вампира, когда Кастил тебя вознес, служит тому доказательством. И если ты примешь корону, то сделаешь это не ради Солиса."

"– Не могу сказать, что это что-то доказывает, когда мы понятия не имеем, кем я стала, – заметила я.