Корона из золотых костей

 – Она не только способна себя защитить, ей необходимо уметь себя защищать. Вот почему она вольна это делать, будь она нашей королевой или нашей принцессой.

Мое сердце так забилось, что удивительно, как не пробило мне грудную клетку. Кастил… он понимал меня. Понимал, что мне нельзя чувствовать себя беспомощной.

– Ты единственный, кому я могу по-настоящему доверить Поппи. Только тебе, – продолжал Кастил, и у меня слегка сперло дыхание. – Я знаю, что ты беспокоишься из благих побуждений, и Поппи тоже это знает.

Я уже собиралась открыть рот, но Кастил прижал меня к себе.

– Правда, Поппи?

Я проглотила ругательство.

– Да, я это знаю.

Знала, но была раздражена и пребывала в смятении от всего, что произошло во дворе; сбита с толку и встревожена тем, что наговорил мужчина, стоящий на стене.

– Знаю, что это было из благих побуждений.

Киеран потер челюсть и перевел взгляд на дверь террасы.

– Понимаю, что ты способна себя защитить. Но я пытался остановить тебя по другой причине. Потому что ты здесь в опасности, а этого не должно быть. Это единственное место, которое должно оставаться для тебя безопасным.

 – Он опустил руку и посмотрел на меня. – Догадываюсь, ничего из этого не означает, чтобы просить тебя не вмешиваться. Прости.

Искренность отчетливо звучала в его голосе – на вкус напоминая теплую ваниль, но я ощутила еще и кислый привкус, как и от Кастила, отчего у меня в груди заныло. Ни один из них не был виноват в том, что здесь произошло.

– Все хорошо, – сказала я, глядя на Киерана. – Я позабочусь, чтобы мне здесь было безопасно. Мы об этом позаботимся.

Киеран кивнул и слабо улыбнулся.

– Проклятье, мы позаботимся.

Я ухмыльнулась.

– Теперь, когда мы это прояснили, знаю, что у тебя куча вопросов, – сказал Кастил, разворачивая меня к ванной. – Но сначала давай смоем с тебя эту дрянь. – Он помолчал. – И переоденем во что-нибудь чистое.

Я опустила взгляд на свои руки и наморщила нос, увидев, что они забрызганы фиолетовым.

– Это кровь?"

"– Если честно, не могу сказать с уверенностью. – Кастил подвел меня к умывальнику и повернул краны. Потом взял бутылочку и выдавил мне на руки немного густого мыла с хвойным ароматом. – Что бы это ни было, воняет очень странно.

Я кивнула, потирая ладони.

– Мне напоминает гнилую сирень.

Сдвинув брови, он схватил кусок мыла.

– Знаешь, ты права.

Обернувшись, он отдал мыло Киерану. Я увидела в зеркале, как вольвен снимает и бросает в сторону испорченную рубашку и поворачивает кран душа. Сверху потекла вода.

– Ты говорила, что один был на стене, – тихо заговорил Кастил, привлекая мое внимание. – Он что-нибудь сказал?

Я кивнула, втирая жидкое мыло в предплечья.

– Он не походил на остальных. Он либо смертный, либо атлантианец.