Корона из золотых костей

Ткань туники была такой тонкой, что казалось, будто между его рукой и моей кожей ничего нет.

Очень трудно было не показывать никакой реакции на его прикосновения. Чем дальше мы ехали, тем ниже опускался его мизинец. Между деревьями, окружающими дорогу, показались здания из песчаника. Я начала различать за деревьями людей, которые грузили мешки и корзины в телеги и фургоны. Палец начал танцевать еще ниже, и я немного извернулась, чтобы взглянуть на Кастила через плечо.

На его лице застыло выражение абсолютной невинности.

– Да?

Я прищурилась.

Он поднял уголок губ, и на его правой щеке появилась ямочка.

На дороге показался фургон. Лицо возницы закрывала широкополая шляпа, но я ощутила холодный толчок удивления и от него, и от юноши помоложе, практически подростка, идущего рядом с большой серой лошадью.

Возница помахал, а юноша быстро опустился на колено и тоже помахал.

Я начала закрываться, но заставила себя расслабиться, держаться как ни в чем ни бывало и ответить на приветствие вместе с Кастилом и Киераном.

Гордясь собой, я улыбнулась вольвенам, которые миновали этих двоих на дороге. Пока я гадала, которая из них Лира, в нескольких ярдах впереди из-за деревьев появилась женщина в ярко-оранжевой тунике, подчеркивающей ее совершенно черную кожу.

Она не спускала глаз с малышки, которая гналась за птицей с золотыми крыльями, прыгающей на низких ветвях. При виде нас женщина широко улыбнулась, положила руки на плечи девочки и что-то прошептала ей. Та огляделась, восторженно взвизгнула и стала подпрыгивать на одной ножке, а потом на другой."

"Кастил усмехнулся себе под нос, а женщина покачала головой и поклонилась в пояс, терпеливо уговаривая ребенка сделать то же самое.

Они тоже помахали, и на этот раз я не застыла, а ответила так же, как и Кастил с Киераном. Я почувствовала себя… менее неловко. Как будто моя рука перестала быть такой негнущейся, как прежде. Но я быстро забыла о том, как выглядит и ощущается моя рука, когда девочка убежала от матери и практически налетела на черно-белого вольвена. Она обхватила вольвена маленькими руками, и у Киерана вырвался сдавленный смешок.

– О боги, Талия! – воскликнула женщина. – Я же тебе говорила, что нельзя обнимать первого встречного?

Я улыбнулась, а она осторожно оторвала девочку от вольвена, который игриво куснул ее за руку.

Девочка залилась смехом, а в следующий миг уже вернулась к преследованию птички. Вольвен потрусил дальше, и, клянусь, он улыбался.

Как только мы оставили их позади, я обернулась к Кастилу. Не успела я произнести вопрос, который собиралась задать вчера всякий раз, как мы кого-нибудь встречали, а я не могла определить, атлантианцы это или представители других кровных линий, как Кастил опередил меня.