Корона из золотых костей

Я сосредоточилась на том, чтобы дышать глубоко и ровно, напоминая себе о том, что уже подозревала: по крайней мере один из моих родителей мне не родной. Я даже начала с этим смиряться, и… могла это принять. Но Малек – мой отец? Что-то здесь не складывалось. Но мои мысли пребывали в таком беспорядке, что я не могла понять, в чем подвох.

– И он сказал бы мне, если бы наткнулся на Малека, – добавила мать Кастила, привлекая мое внимание. – Он сказал бы нам обоим.

Пальцы Кастила выскользнули из моих, и мое сердце дрогнуло от ледяного всплеска, прокатившегося по нему.

Он уставился на родителей.

– Вы узнали о Пенеллаф еще до меня? Знали, что Аластир приложил руку к тому, что произошло тогда в Локсвуде?

О боги.

Я об этом даже не подумала. Но затем ощутила исходящий от короля и королевы вкус стыда. В середине груди загудело, а Киеран резко втянул воздух, поворачивая голову к матери.

– Вы… знали?

– Мы знали, что Аластир, по его мнению, нашел потомка Малека, – ответила королева Элоана, и муж взял ее за руку. – Но больше ничего о тебе и твоей семье мы не знали.

Он даже не знал, что ты дочь Малека. Он начал это понимать, только когда встретил тебя снова.

Тело Кастила стало неестественно скованным, а Хиса отодвинулась от окна и направилась к его родителям.

– Но вы знали, что он убил ее родителей? Что бросил ее умирать?

Отец встретил его взгляд.

– Мы узнали об этом после. Когда уже ничего не могли сделать.

Прошло мгновение, и Кастил начал подниматься. Я схватила его за руку.

– Он прав. – Я с усилием сглотнула, а он повернул голову ко мне. Его глаза напоминали замерзшие топазы.

 – Они ничего не могли сделать после того, как все уже произошло. Это не их вина.

Сосредоточившись на Кастиле, я опять не смогла определить странную, быстро промелькнувшую эмоцию – кислую и вместе с тем терпкую. Я не знала, от кого она исходила и в самом ли деле я ее почувствовала, когда ярость Кастила бушевала огненным штормом.

– Они не виноваты в том, что сделал Аластир, – говорила я ему, пытаясь удержать. – Не виноваты.

Несколько мгновений он не шевелился, а затем скованно сел рядом со мной. Его мышцы под моими руками оставались напряженными.

Хиса отошла обратно к окну и убрала руку с рукояти меча.

– Как? – настойчиво спросил Кастил. – Как вы могли продолжать дружить с этим мерзавцем, зная, что он натворил?

Это…

Превосходный вопрос.

Грудь его отца поднялась в тяжелом дыхании."

"– Мы думали, что он действовал в интересах Атлантии.

– Он позволил Жаждущим напасть на ребенка, – рявкнул Кастил. – Как это связано с интересами Атлантии?

– Малик исчез, а ты не выказывал желания принять корону.