Корона из золотых костей

Метнувшись налево, а затем направо, он замахнулся мечом, и я отскочила в сторону. Клинок врезался в ближайшее дерево.

– Если я перепачкаю кровью новую одежду, – предупредила я, бросаясь вперед и вонзая кинжал в грудь противника, – я очень расстроюсь.

– Я достану тебе новую, – пообещал Кастил, хватая за плечо Незримого и втыкая меч ему в живот.

Я отпрыгнула назад.

– Но мне нравится эта туника.

– Вот дерьмо, – проворчал Эмиль в нескольких футах от нас, глядя на лес.

Я развернулась, и у меня упало сердце. Из густых теней под деревьями вышли по крайней мере две дюжины нападающих: половина – Незримые и половина – гирмы.

Вольвены и остальные наши спутники быстро расправлялись с теми, что стояли на дороге, но подоспели новые, и один из наших, похоже, оказался ранен, а то и хуже.

Я этого не хотела.

Позже у меня будет время удивляться, как Незримые узнали, что мы поедем по этой дороге в Эваемон. И я, наверное, задумаюсь о том, как легко и быстро решилась обратиться к силе, нарастающей в груди. О том, как не перестала бояться, что не смогу себя контролировать. Я просто отреагировала, позволив инстинкту вести меня.

Может, позже я подумаю о разговоре с Кастилом, когда сказала, что дала бы второй шанс тем, кто выступил против меня, но сейчас поступала совершенно противоположным образом.

Однако эти люди и существа пытались убить меня, так что, возможно, я не буду потом задумываться.

Я широко открыла чутье и выпустила обратное проявление моего дара – то, что забирает, а не дает жизнь. Насколько я понимала, это было как исцелять, только наоборот. Моя кожа начала вибрировать, а в горле появился металлический привкус. Ко мне хлынули горячий, едкий, обжигающий гнев от Незримых и абсолютное, пугающее ничто от гирмов.

Я взяла их – ненависть и пустоту, впустила в свои вены, и они перетекли в грудь, где соединились с итером. Я ощутила, как земля подо мной слегка дрожит, и перевела взгляд на противников в масках. Все мои чувства преисполнились первозданной мощью богов.

Моя плоть заискрилась.

С кожи сорвались серебристо-белые угольки. Краем глаза я заметила, как Кастил шагнул назад, а вольвены отступили.

– Возьми их, девочка.

Я улыбнулась, и от меня потянулись растрепанные сверкающие нити.

Кто-то ахнул – видимо, Незримый. Блестящая паутина света поползла от меня по земле сетью расходящихся прожилок. Несколько Незримых развернулись и пустились в бегство, но у них ничего не выйдет. Я об этом позабочусь.

Мысленно я увидела, как паутина света накрывает Незримых и гирмов, ломая и круша тела, а оружие падает из их рук на землю. Сосредоточившись на этом образе, я взяла всю ненависть, страх и пустоту из своей груди и направила их обратно по множеству нитей.