Корона из золотых костей

Я уложила руку Тони на кровати, в последний раз пожав ее, а затем встала и разгладила на себе одежду, похожую на ту, в какой ходила в Илизиум. Правда, сейчас на мне был лиф из плотного флиса. Погода в большей части Солиса гораздо прохладнее.

– Я вернусь… – Я наклонилась и прижала губы к ее теплому лбу. – Скоро вернусь. Обещаю.

* * *У нас ушло меньше половины дня, чтобы добраться до самой северной точки Атлантии, до стены, протянувшейся от Столпов Атлантии, которые стоят перед Бухтой Сэйона. Здесь я воссоединилась с Сетти. Погладила его по носу и почесала за ухом. Я надеялась, он будет вести себя смирно. Мои умения ездить верхом оставляли желать лучшего, а он не просто так получил имя в честь боевого коня бога войны.

– К тебе идут, – пробормотал Киеран.

Оглянувшись, я увидела отца Кастила. Его грудь и плечи покрывала золотая с серебром броня, а шлем он нес под мышкой. У меня внутри все сжалось. Я видела его лишь раз после первого возвращения в Эваемон, да и то недолго – проходила мимо в коридоре. Он сразу вернулся в северную часть королевства.

Вольвены зашевелились в траве и подняли головы, когда он приблизился. Валин поклонился, и вольвены опять вернулись к дреме, мечтам или чем еще они там занимались.

– По-прежнему собираешься отправить им послание? – поинтересовался Валин.

Его взгляд скользнул по короне на моей голове. Не уверена, почему я решила ее надеть, но это казалось правильным.

Я кивнула.

– Кастил поступил бы именно так.

Я знала, что это правда.

Валин хмыкнул в знак согласия, и на несколько мгновений повисло молчание. Я набрала побольше воздуха и пообещала:

– Я его верну. Мы его вернем. Клянусь.

С усилием сглотнув, он кивнул и окинул меня взглядом.

– Вернешь. – Он помолчал. – Моему сыну очень повезло, что он нашел тебя и стал твоим.

Его слова отрадой отозвались в моем раненом сердце, а от стоящего за ними чувства принятия к горлу подкатил ком. Я не сразу смогла ответить.

– Это мне повезло, что ваш сын нашел меня и сделал своей.

Валин коснулся моей щеки рукой в перчатке.

– А нам с Элоаной повезло еще больше, что ты стала нашей невесткой.

Мои глаза наполнились слезами. Я не плакала и сказала себе, что не буду плакать сейчас. Иначе не смогла бы остановиться.

– Спасибо.

Кивнув, он опустил руку и устремил взгляд на стену.

– Хочу попросить тебя об одолжении.

Я открыла чутье, изучая его. Искать долго не пришлось – от него хлынуло страдание.

– О чем же?

Его плечи в золотой и стальной броне напряглись.

– Если ты встретишь другого моего сына прежде меня, все, о чем я прошу, – сделай его смерть как можно более быстрой и безболезненной.

Я слабо выдохнула, ком в горле разросся. Единственное слово, сказанное в ответ, причинило боль.

– Сделаю.

– Спасибо.