Корона из золотых костей

Пришли и кошмары с их гнетущим отчаянием и безнадежностью. Но с ними и мечты, полные чудес и возможностей. Мечты, переполненные желанием и любовью.

Я выпрямилась так резко, что потеряла равновесие. На мою талию упала рука, не давая мне упасть. Сквозь спутанные волосы я увидела его, в самом деле увидела.

Взлохмаченные темные волосы, упавшие на лоб. Напряжение в уголках рта и тени под глазами, но сами глаза загорелись, как топазы, встретив мой взгляд. Ни один из нас не шевелился и не говорил, мы только смотрели друг на друга. Я понятия не имела, о чем он думает, и с трудом понимала собственные мысли. Так много всего произошло, я столько всего не знала. А именно – как здесь оказалась после того, как вознеслась. После того, как он сделал немыслимое, чтобы спасти меня. Я вспомнила панику в голосе его отца, когда он умолял не делать этого, не повторять историю. Но он рискнул – боги, он рискнул всем. И я жива благодаря ему. Я здесь благодаря ему. Но ничего из этого не имело смысла.

Вознесшиеся после обращения неконтролируемы и опасны для смертных, не говоря уже о первичных атлантианцах. У них уходят годы, чтобы научиться контролировать жажду, но, что еще невероятнее, я по-прежнему чувствовала эти пьянящие, будоражащие и пугающие эмоции. Я чувствовала любовь, а Вознесшиеся вряд ли способны на такое чудо. Я не понимала. Может, это сон? Возможно, я умерла и попала в Долину, где меня ждет вечный рай. Если так и было, то не уверена, хочу ли это знать."

"Я подняла дрожащую руку и прижала пальцы к теплой коже его щеки.

– Кастил.

Глава 9

Кастил вздрогнул и прошептал:

– Поппи.

– Это все реальное? – спросила я.

В его глазах заплясали золотые крапинки.

– Нет ничего более реального, чем то, что происходит сейчас.

Не знаю, кто двинулся первым. Я. Он. Мы оба одновременно? Неважно. Наши губы встретились, и в этом столкновении не было ничего нежного. Он схватил, сжав в кулаке мои волосы. Я вцепилась в него, впившись ногтями в его плечи. Это был разрушающий поцелуй, требовательный и необузданный. Мы предъявляли права друг на друга. Наши губы соединились. Руки неистово сплелись. Поцелуй и то, как мы держали друг друга, превратились в нечто совершенно иное. Его руки скользнули к моим бедрам, и он притянул меня к себе, где я опять почувствовала его твердость.

– Ты нужна мне, – простонал он в мои губы. – Ты нужна мне, Поппи.

– Я твоя, – повторила я слова, которые однажды говорила ему. Теперь они казались нерушимой клятвой. – Навсегда.

– Навсегда, – повторил он.

Подняв меня со своих колен, он встал, развернулся и уложил на довольно узкую, как оказалось, кровать. Я заметила темные стены и солнечный свет, просачивающийся в щели на двери, но видела только его.

Кастила.

Моего мужа.

Мою сердечную пару.

Моего спасителя.