Корпорация Алиса

Алые лужицы, натёкшие на белоснежный мраморный пол, тонкими струйками устремились обратно к телу, подобно ртути, собирающейся воедино. Последняя капля вернулась к своему источнику, и края раны, потянувшись друг к другу, срослись, не оставив и намёка на ранение. Всё выглядело так, будто время потекло вспять.

Я хотела было отложить антрацитовый клинок и вернуться в мир живых, но мне не дали.

Роза на навершии кристалла вдруг раскалилась, причиняя страшную боль, и этот жар стремительно пополз по пальцам вверх, охватил кисть, а вскоре и всю меня. Я кричала и пыталась бросить артефакт — да всё бесполезно.

Последнее, что увидела, как Сине-зелёные глаза Хэйварда открылись.

* * *Я парила в бескрайней пустоте, оторопело глядя на мириады звёзд: вот они едва-едва тлеют, но с каждым мгновением их свечение становилось всё ярче, всё мощнее, в итоге сложившись в невероятную, дух захватывающую, картину. Настолько величественную, что я отказывалась верить собственным глазам!

Древо миров — Иггдрасиль. Именно оно предстало перед моим обескураженным взором.

Исполинский ствол пронзал само пространство, будто соединяя несоединимое.

В бесконечной кроне, словно драгоценные плоды, мерцали целые миры. И откуда-то я знала точное название каждому из них. Всё, наконец-то, встало на свои места."

"В вышине сиял золотом Асгард — обитель богов. Здесь возвышался Гладсхейм — чертог Одина, а под ним, на отдельной ветви, качалась сфера, укрытая вороньими крыльями, где жили смертные, сотворённые по его воле. На рубеже божественных владений высился Химингбьёрг — твердыня Хеймдалля, а ниже плыла моя родная планета, сплетённая из радужного сияния и звёздной пыли, населённая людьми и нелюдью, благословлёнными мудростью Хеймдалля.

Поодаль искрился дворец Мейли, брата Тора, а под ним, мерно качаясь на воздушных волнах, расположилась, созданная Мейли планета, именно там я обрела новую жизнь.

Ещё планета под чертогом бога, и ещё… Как же их много!

Эти миры соединялись мерцающими нитями Биврёста, создавая подобие кровеносной системы вокруг ствола Иггдрасиля. В каждой из них (планете) жили свои народы, наделённые частицей силы создавшего их божества.

Корни древа тонули во тьме, где царствовал ледяной Нифльхейм и бушевал огненный Муспельхейм.

Между ними едва различимый с космических высот, лежал Мидгард, где обитали люди, не знавшие своих божественных создателей.

— Дитя, верни мне Шелутсугерстейн. Лишь из рук достойного я могу его принять. Сын-проказник, выкрал артефакт из моей сокровищницы и спрятал… Но этому артефакту нет места ни в одном из миров, — глубокий мужской голос коснулся моего слуха. Говоривший казался добрым-добрым дедушкой, что на пальцах объяснял простые истины своей внучке.

Но Один не мог быть добрым или злым.