Корпорация попаданцев

Политобозреватель делился с широкой аудиторой авторитетным мнением, почему модернизация румынской авиа-базы Когэлничану скорее всего затянется, а, может, и вовсе будет приостановлена на неопределенный срок. Я хмыкнул и переключил на радио шансон. Михаил Круг пел душевную песню, приглашая в свой дом, и обещая забыть все обиды…

В ресторане, закрытом на спецобслуживание, нас в самом деле дожидалась целая компания воровских авторитетов. Что они именно авторитеты и именно воровские, было понятно не только потому, что хлестали водку из стаканов в полной тишине в пустом зале и даже не по наличию тюремных наколок, а по взглядам. Настороженным взглядам волчьей стаи, чуящей приближение охотников.

Нам предложили присесть, а затем предложили и выпить. Присесть мы согласились, а вот выпить отказались.

— Мы на работе, — пояснил я, — Давайте лучше к делу.

— Значит, вы и есть те специалисты, — подал голос тот, что сидел во главе стола, самый пожилой, с набитыми синими перстнями на пальцах.

— Организовываем мероприятия, праздники и иногда похороны, — сообщила Катя бодрым голосом торгового агента.

Воры переглянусь друг с другом, что-то там безмолвно для себя решили.

— Не думал, что вы так молоды, — откровенно поделился главный.

— Молодость — это тот недостаток, что с годами проходит, — отшутился я, — Итак, что требуется от нас? Оркестр? Банкет? Приглашённые звезды шансона?

Катя достала блокнотик и карандашик и с чинным видом приготовилась записывать хотелки клиента.

— Вам надо забить в тело безвременно почившего Рудика-Ростовского осиновый кол, а потом три ночи отстоять в церкви, — озвучил свое требование клиент, который, как известно, всегда прав.

— Так. Что-то меня напрягает этот Гоголевский сюжет, — честно признался я, — А, может, вы дадите какие-то пояснения? Почему вот прям сразу кол? Рудик-Ростовский попил у вас много крови?

Воры не разделили моего шутливого настроя. Я вдруг отчетливо понял, что они предельно насторожены и собраны. Ожидание опасности густо разлито над большим ресторанным столом.

— Дело в том, что Рудика уже убивали минимум дважды, — начал пояснять старый авторитет без малейшего намека на юмор, — Сперва ему сунули заточку в сердце в Питерских Крестах.

— В крестах? — не поняла Катя.

— Это тюрьма так называется…

— События иногда преувеличивают, — осторожно заметил я.

— У меня нет оснований не доверять человеку, который об этом рассказал, — старый вор обменялся взглядом с одним из сидящих, — Но я все-таки сомневался… а второй раз я лично всадил ему три пули в башку. Тут уже сомнений не оставалось.

— То есть он сейчас лежит где-то с тремя пулями в башке? — я начал подозревать, что воры вешают нам с Катей лапшу на уши, чтобы мы помогли избавиться от трупа каким-то экзотическим способом.