Коррида на раздевание
Это прямо индийское кино какое-то! Никогда не поверишь, что такое может случиться в реальной жизни. Живет себе бывший детдомовец Афанасий Рыбаков, учится, делает блестящую карьеру, строит планы на будущее, и вдруг – бац! Откуда ни возьмись объявляется его мамочка, Алевтина Кирпичникова, которая в доказательство родственных уз демонстрирует на своем животе родимое пятно в виде пчелки. Пятно, надо признать, точь-в-точь такое же, как на животе у самого Афанасия. Вроде надо радоваться, мать и сын нашли друг друга! Ан нет, что-то настораживает Рыбакова и заставляет его обратиться за помощью к детективам Евлампии Романовой и Максу Вульфу. Лампа приезжает в дом семьи Кирпичниковых, чтобы побеседовать с домочадцами и развеять сомнения молодого человека. Но там она становится свидетельницей внезапной и очень странной смерти Афанасия. Все признаки указывают на то, что Рыбакова отравили. Это уже не индийское кино, а настоящий английский детектив! Голова идет кругом! А тут еще Лампа где-то потеряла младенца, которого ее дочка Киса должна сдать в школу…
Рая прорыдала неделю дома, потом подумала, что Штильман небось завел другую бабу, и решила проследить за Лазарем. Федосовой не потребовалось много времени, чтобы понять: коварный любовник теперь крутит амур с Юлией. Не долго думая, Раечка позвонила Коле и с радостью сдала лучшую подругу."
"Коля любил супругу, не хотел ее потерять, поэтому он не устроил скандал. Он не понимал, как лучше поступить, растерялся, не знал, с кем посоветоваться. Затаился и молчал. И случилось неожиданное. Спустя неделю после беседы с Раей Николай заметил, что вечно недовольная им жена перестала скандалить, начала ласкаться, превратилась в ту Юлечку, на которой Коля женился. По вечерам супруга сидела дома, варила супы. Николаша догадался: Штильман его жену прогнал, Юля оценила по достоинству мужа и вернулась в гавань законного брака. Прелюбодеяние спасло семью от развала. Николай обрадовался и даже купил Юле букет. И все бы хорошо! Все бы просто чудесно! Все великолепно! Как вдруг! Весть о беременности! Коля понял: ребенок точно от Штильмана. Как быть? Отправить Юлю на аборт – значит признать, что он знает об измене, и потерять любимую навсегда. Промолчать? Воспитывать чужого отпрыска? Неприятно. Но своего-то не будет!
Надежда налила мне еще чаю.
– Евлохия! Понимаете его положение? Да вы ешьте пирожок, запивайте фруктовым восторгом.
Глава 20
– Чайку налить? – спросил Макс.
– Нет! – быстро отказалась я. – Фу! До сих пор от пирога Черновой тошнит. Не произноси при мне слово «чай». Никогда!
– Ладно, – засмеялся Вульф. – Значит, Штильман бабник?
– Надежда его таковым считает, – подтвердила я и положила на стол айфон. – Николай и Юля давно уехали жить за границу, у них есть сын. Единственный. Чернова показала мне фото: справа юноша Воткиных, слева Лазарь – студент первого курса. Его снимали когда-то для доски с отличниками. Надежда и впрямь ходячая летопись НИИ, а нынче центра. У нее и сплетни в голове, и снимки в архиве, и заявления граждан в папочках сохранены.
– Они просто одно лицо, – восхитился Макс, – анализ ДНК не нужен. Но встречаются двойники, которые вовсе не родственники.
– Слушайте дальше, – велела я. – После множества коротких романов Лазарь начал ухаживать за Варварой Стекловой. Изменил всем своим принципам. Варя была не замужем, кавалеров у нее нет. Просто хорошенькая кудрявая девушка без роду без племени. Совсем не во вкусе Штильмана. Лазарь открыто за Варей бегал, не таился. Букеты, конфеты не в темном углу, прилюдно дарил. В кино-театр приглашал. Варечка же состояла в связи с Кирпичниковым. Да, да, с женатым Сергеем Леонидовичем. Но Штильман-то симпатичнее, с влиятельными родителями и, в отличие от Сергея, свободен.
Естественно, Надежда знала об интимных отношениях сотрудников.

















