Корсар
Не понятый Дарьей, дочерью трагически погибшего псковского купца Ильи Черкасова, Юрий, по совету заезжего купца Александра Калашникова (Ксандра) перебирается с ним из Пскова во Владимир (роман «Канонир»).Здесь купец помогает ему найти кров, организовать клинику для приёма недужных людей. Юрий излечивает дочь наместника Демьяна и невольно становится оракулом при нём, предсказывая важные события в России и жизни Демьяна. Следуя своему призванию и врачуя людей, избавляя их от страданий, Юрий расширяет круг друзей, к нему проявляют благосклонность влиятельные люди, появляется свой дом – в дар от богатого купца за спасение жены, драгоценности. Увы, приходится сталкиваться и с чёрной неблагодарностью, угрозой для жизни. Тогда приходится брать в руки оружие.Во время плавания с торговыми людьми по Средиземноморью Юрию попадается на глаза старинное зеркало. Череда событий складывается так, что он приходит к удивительному для себя открытию: ценность жизни совсем не в том, к чему он стремился эти годы. И тогда ему открывается тайна уйгурской надписи на раме загадочного зеркала.
"
"Возмущение Кондрата англичанин воспринял спокойно.
– Документов у вас на него нет, стало быть, через магистрат сделку не оформить, трюм переделывать надо, кое-где снасти поменять.
Торговались долго, до хрипоты, я уж переводить устал. К своей полусотне «шкипер» согласился добавить ещё десять монет, и мы ударили по рукам.
– Передай капитану – завтра с утра буду с деньгами и экипажем, – сказал мне на прощание покупатель. – Пушку не забудьте убрать. В королевстве только военные суда могут иметь орудия.
Кондрат вернулся на ушкуй, подозвал шкипера.
– Сними с «француза» пушку и утопи её.
Услышав это распоряжение, я решительно запротестовал.
– Это зачем же – топить? В ней верных четыре пуда меди. Можно продать или к себе на ушкуй поставить.
– А кто ею пользоваться будет?
– Я умею, да и команду обучить могу.
Кондрат махнул шкиперу – снимай, на палубе у себя поставим.
– Тогда порох и припасы перенести с «француза» надо.
– Бери людей, ищите огненный припас и переносите.
Я нашёл крюйт-камеру на судне, матросы перенесли ядра, пыжи и картечь, я перекатил два бочонка с порохом.
Как-то безопаснее на корабле, когда хоть какая-то защита есть. Тирренское море или Адриатика – моря спокойные, а вот в Средиземном кишело пиратами всех мастей. Особенно отличались жестокостью пираты-сарацины из Северной Африки. Они грабили суда, совершали набеги на побережье, захватывая мирных жителей для продажи в рабство в мусульманские страны. Интересно, что на десять алжирских пиратов шесть приходились на корсиканцев! Ради денег и пиратской славы они принимали ислам и, получив свободу, выходили на кровавый промысел.
Двое из команды с плотницкими новиками установили на носу вертлюг под пушку, а сам ствол мы до поры до времени принайтовали к фальшборту и укрыли парусиной. При случае поставить ствол на вертлюг – дело двух минут, а глаза не мозолит.
Рано утром, едва встало солнце, заявился «шкипер» с кошелем денег и десятком человек экипажа. Мать моя, вот это команда. Сплошь разбойничьи рожи, за поясами у всех кривые ножи, опоясаны кушаками, все в ботфортах. Живописная команда! Наверное, «шкипер» их нашёл в портовых кабаках, не иначе. А впрочем – какое моё дело?
Кондрат получил и пересчитал деньги, ударили по рукам, и экипаж «шкипера» забрался на «француза».
Надо отдать им должное – сбросив швартовы, они лихо подняли паруса и ловко вышли из гавани. Одно слово – «морские волки».
Наша команда провожала их взглядами. Шкипер промолвил:
– Разбойные рожи! Не хотел бы я встретиться с ними в открытом море!
Видно, не только на меня одного экипаж «шкипера» произвёл неизгладимое впечатление.
– Сегодня отдыхаем, завтра идём на ихний рынок, – распорядился Кондрат. – Шкипер, проверь провиант и воду, пополни, коли надо.











