Корсар

– Кто ты, чужеземец, и как твоё имя?

– Юрий из Московии.

– Твоя страна далеко, а язык наш, вижу, ты знаешь – это похвально. Ты хочешь попробовать свои силы? Тогда знай: вылечишь – получишь слиток золота, а не сможешь – последуешь за своими предшественниками.

– А что же с ними случилось?

– Тебе лучше об этом не знать, чужеземец! Ты ещё не передумал?

– Рискну.

– Тогда иди за мной.

Меня провели по коридорам в большую комнату.

На огромной кровати возлежал на высоких подушках юноша лет восемнадцати. Лицо бледное, осунувшееся, какое бывает у длительно и тяжело болеющих людей. В голове мелькнуло: «Похоже, я зря сюда пришёл, парень – не жилец». Хоть и любил я свою профессию, считая её призванием, но и я не всесилен, учитывая состояние лабораторной базы, а вернее – почти полное её отсутствие, так же как инструментария и аппаратуры. Ну а фармакология вообще находилась на уровне порошка из высушенных жаб.

Но обратного хода не было.

Вначале осмотра меня удивила ночная ваза, или, проще говоря – горшок, стоящий у кровати. У молодого парня – и такое? Я не побрезговал открыть крышку – хм, а ведь его содержимое похоже на рисовый отвар, один из признаков холеры.

Я начал опрашивать уже целенаправленно.

– Живот болит?

– Да, схватывает, и ещё рвота мучает.

– Пить хочешь?

– Очень! Но никак не могу напиться!

Ну, это естественно при обезвоживании.

– Ноги ещё болят в икрах и слабость сильная, – добавил юноша.

Вроде бы все жалобы укладываются в клиническую картину холеры.

Я повернулся к управляющему.

– А во дворце у кого-нибудь ещё есть такие же признаки?

– Нет, я бы уже знал.

Опа! Что-то здесь не так. Холера не может быть у одного человека. Нет, конечно, в принципе – может, если он живёт один на острове. Но во дворце же людей полно, прислуга контактирует с больным постоянно. А поскольку холера – заболевание хоть и нередкое в тёплых странах, но инфекционное, кто-нибудь заболел бы обязательно.

– Как давно тебе стало плохо?

– Уже месяц.

Похоже, второй мой прокол. За такое время он бы уже или умер или выздоровел. Холера – заболевание острое, через несколько дней, максимум – через полторы недели исход уже ясен. А я ведь уже поторопился диагноз поставить. Был бы ты простолюдин – понятно, гигиена не на должном уровне. Все кишечные инфекции – следствие немытых рук. Но во дворце – водопровод, сам лично видел.

Постой-ка! Что-то мелькнуло в голове, какая-то зацепка. Не простолюдин – сын дожа. Как там сказал глашатай? Единственный наследник! Вот где собака зарыта! Надо подумать. Что ещё даёт такие симптомы?

Я закрыл глаза и начал припоминать. Вспоминал болезни и отбрасывал одну за другой. Было бы что-нибудь хирургическое, я бы, может быть, сообразил быстрее.