Кошки-мышки

Возможно, городские власти все же ограничили Финли Эндрюса? И, не имея возможности строить вверх, он стал строить вниз. Дверь внизу лестницы также казалась очень прочной. Еще одна структурная, а не декоративная конструкция. Чтобы пробить ее, понадобился бы хороший двадцатифунтовый молоток. Но Ребус потрогал ручку. Она повернулась, и дверь подалась.

Полная темнота. Ребус вошел в дверь. С верхней площадки сюда доходило слабое подобие света, и он попытался разглядеть что-нибудь вокруг. И ничего не разглядел. Помещение, куда он попал, напоминало складское. Большое пустое пространство. А затем зажегся свет, четыре ряда ламп на высоком потолке. Горели они неярко, но полностью освещали зал. В середине — небольшой боксерский ринг, вокруг — несколько десятков стульев с жесткими спинками.

Диджей оказался прав.

Кэлуму Маккэлуму нужны были друзья, любой ценой. Он рассказал Ребусу все о дошедших до него слухах, слухах о клубе в клубе, где пресыщенные и денежные посетители могли делать некие «интересные ставки». Что-то не совсем обычное, сказал Маккэлум. Что-то вроде ставок на двух мальчиков по найму, двух наркоманов, которые за хорошие деньги измордуют друг друга до полусмерти, а потом будут молчать. Оплата деньгами и наркотиками. Теперь, когда появились деньги с юга, ни в том, ни в другом недостатка не было.

Клуб «Хайд'с», названный по имени персонажа Роберта Льюиса Стивенсона. Эдвард Хайд, темная сторона человеческой души. Сам Хайд был списан с эдинбуржца старосты Броди, бизнесмена днем и грабителя ночью. В этом зале Ребус носом чувствовал преступление, страх и жажду почестей. Запах сигарного дыма и разлитого виски, смешанный с запахом пота. И тень Ронни. И вопросы, на которые до сих пор нет ответов. Платили ли Ронни за то, чтобы он незаметно фотографировал богатых и влиятельных людей? Или он выступал как свободный фотограф, приглашенный в качестве мальчика для битья, у которого хватило духу пронести с собой фотоаппарат? Может быть, ответ не имел значения. Важно было то, что хозяин заведения, кукловод этих низменных инстинктов, убил Ронни, заставив его изголодаться по дозе, а потом продав ему крысиный яд. Послал одного из своих подручных в дом Ронни, чтобы представить его смерть как обычную передозировку. Рядом с Ронни они оставили чистый порошок. И, чтобы запутать дело, перенесли покойника на первый этаж и обставили свечами. Полагая, что сцена окажется необыкновенно впечатляющей. Но при свете свечей они не увидели звезды на стене и тело случайно оказалось лежащим к ней ногами.

Ошибка Ребуса состояла в том, что он усмотрел в этой истории слишком много. Он сам затуманил картину, придумал взаимосвязи там, где ими и не пахло, увидел несуществующий зловещий заговор.