Космический рейдер «Нибелунг»

Горело горючее с окислителем, предназначенное для заправки малых судов, горело топливо для техники десанта, сгорали баржи, шаттлы, боты, бронемашины, сгорал в огненном вихре и сам корабль.

Затем обитатели вражеского транспорта перестали интересовать Ивора, потому что крейсер открыл огонь по рейдеру и вскоре им самим предстояло разделить судьбу гибнущего противника.

Крейсер тоже стрелял прямой наводкой, сперва только из башни, но вскоре развернул корпус и задействовал осевые орудия.

— Три выстрела осевых орудий Атоса, — сообщил ОКП.

— Мистер Ли, курс пятнадцать градусов на норд-норд-ост.

Ускорение один g, — распорядился Ивор.

Королевский флот Райдо использовал при взятии пеленга или смены курса архаичные морские румбы, которые вписывались в принятые обозначения бортов. Палубы располагались перпендикулярно движению и условные стороны света показывали направление, а градусы — угол отклонения от текущего курса корабля. Даже новобранцы быстро разбирались в системе и не путали одно с другим. Это было удобно для быстрой ориентации команды. Однако для изменения курса перед гиперпрыжком использовались более точные градусы, минуты и секунды.

Проревел сигнал, предупреждающий об изменении ускорения. Поворот корпуса занял десять секунд, затем запустились маршевые двигатели. Возвращение силы тяжести сейчас скорее мешало, но Ивор надеялся, что люди уже привыкли к постоянным изменениям, а по боевому расписанию все и без того находились в креслах.

Вражеский крейсер относился к легкому классу. Это значит он имел три орудия в единственной башне и еще три в осевом блоке. На тяжелом крейсере с двумя орудийными башнями и мощным осевым блоком, количество стволов могло достигать тринадцати.

Такой быстро превратил бы их в кучу обломков. Но и с легким «Нибелунгу», увы, не справиться.

Шесть снарядов в залпе против двух «Нибелунга». Правда они владели инициативой, заранее рассчитали параметры огня, но это преимущество быстро закончилось. Мощным потоком потекли доклады о повреждениях. Некоторые из них подтверждались сотрясением всего корабля.

— Есть попадание в носовой отсек. Повреждены топливные баки номер шесть и семь.

Повреждены это мягко сказано. Когда снаряд на такой скорости пробивает корпус и внедряется в жидкость, она взрывается даже будучи абсолютно инертной. Конструкция корабля предусматривала такую возможность, отводя основную энергию на выброс вещества, через вышибные панели топливных баков.

Гейзеры испарившегося и вновь отвердевшего метанола создали определенный импульс, отчего «Нибелунг» стало разворачивать.

— Поддерживать курс! — распорядился Ивор.

Этот приказ был лишним.