Космоэколухи
Работа космического дальнобойщика рутинна и скучна. Ну разве что некондиционный груз попадется, безбилетники на борт пролезут, авария приключится, пассажиры забудут кое о чем предупредить, инопланетные чудища нападут или старые знакомые на огонек бластера заглянут. А так – тишь да гладь… И чего капитан вечно недоволен?!
Работорговец явно провел на Медузе немало времени, и его светлый, но ровный загар был отсюда.
– Пора и нам выходить, – решил Станислав. – Надевайте респираторы. Дэн, ты тоже. Черт его знает, почему эта отрава «семерок» не берет – может, конструкция другая, а может, антидота наглотались.
– Хорошо. – Киборг застегнул маску и протянул руку к лежащим на столе очкам с оранжевыми стеклами в массивной герметичной оправе.
Сидящая рядом Котька вздыбилась, зашипела и сиганула прочь: от существа, которое вначале так запросто сменило цвет шерсти, а теперь еще и лицо, можно ожидать любой подлянки!
К ужасу кошки, вскоре подобными мордами обросла вся команда.
– Смотрите, у него правая нога железная! – с восторгом прошептала Полина. – Настоящий космический пират! Вот бы с ним сфотографироваться…
– Пойди еще автограф попроси, – ехидно посоветовал Тед.
– Может, космического пирата? – съязвила девушка.
– Тсс! Ща говорить будут.
Станислав с Казаком встретились на полпути между кораблями.
– Ну, как добрались? – поинтересовался усач, пожимая капитану руку. Сегодня у работорговца вроде было неплохое настроение, что давало надежду на благополучное завершение сделки. – Не укачало? А то мой пилот слегка пошалил с виражами в атмосфере.
Одноногий бородач заметил обращенные к нему взгляды, вытащил изо рта трубку, ухмыльнулся и смачно харкнул в траву, выражая почтение к Казаку и радость от знакомства со Станиславом.
– Мы даже и не заметили, – честно сказал капитан. – В смысле, что это ваш шалит. Наш так всегда летает. Ну что, разгружаться?
– Валяйте, – согласился Казак и, окликнув двух парней покрепче из своей команды, отрядил их в помощь Теду и Дэну.
Грузчики поплевали на руки и принялись за работу. В горячем воздухе парили белые хлопья, не тая на ладонях, а испуганно с них вспархивая, когда любознательная Полина наклонялась слишком близко.















