Космос

* * *К утру щёки, шея и запястья, любой открытый участок тела Саши был в раздражении от щетины Антона, Саша была не выспавшаяся, разбитая, но счастливая.

Каким образом Антону удалось разговорить Сашу, она и сама не поняла, но под утро она улыбалась и даже вздремнула, устроившись на широкой груди, обнимая и прижимаясь всем телом. Раздеть себя, конечно же, не позволила, целовать губы тоже, считая это своей маленькой победой в необъявленных военных действиях.

Антон не до конца понимал, как относиться к произошедшему ночью. Какое-то безумие, дурная игра человека с недостатком ума, проблемами с чувством меры и такта, но признавался сам себе, что очень давно не испытывал ничего подобного.

Давно он не был настолько доволен и даже счастлив. Не смог вспомнить, сколько лет назад последний раз испытывал хотя бы что-то отдалённо напоминающее утреннюю эйфорию. Несомненно, дело было в оргазмах. Их было много, Сашины руки и рот были волшебными, дарящими крышесносное удовольствие, будто они были близки не первый год, и она безошибочно знала все его эрогенные места и точки.

При этом Антон Стрелецкий прекрасно отдавал себе отчёт, что дело не в полном физическом удовлетворении, не в странной ночи, когда он так и не стал близок с женщиной в принятом понимании, ощутив все прелести петтинга в тридцать лет, а в самой женщине.

Но, впервые в жизни, как поступить в дальнейшем, не знал.

В его жизни не случалось случайных связей со времён студенчества. Он понимал, как следует реагировать и вести себя в сложившихся обстоятельствах — прекратить любые контакты, свести на нет возможность огласки, любым способом, от денежного поощрения до угроз… всё это не было проблемой.

Проблемой было то, что он не мог поступить так с Саней, не с ней… Было что-то трогательное и одновременно притягательное в этой девушке.

Утром, перед тем, как отпустить, он довёл Саню до конца, снова рукой, снова она не позволила снять с себя одежду, но реагировала бурно, и это так подействовало на него, что он, с улыбкой отпустив её досыпать в свою палатку, был вынужден закончить начатое самостоятельно. Это было безумием!

День прошёл в суете, походные условия нервировали. Антон не понимал радости проживания в палатках, пищи, приготовленной на костре, распития алкогольных напитков, но бесконечная череда проблем и их решение отвлекали.

Как и запах, который кружил вокруг, несмотря на то, что утром он не только помылся, но и тщательно побрился. Казалось бы, гигиенические средства от Том Форд должны перебить слабый запах ромашки, но Антон чувствовал даже вкус, руки впитали в себя аромат. Он невольно вспоминал все те разы, когда он видел или общался с Александрой.

Улыбчивая, порывистая, эмоциональная.