Кот, который проходил сквозь стены

Аккуратный прямоугольничек фольги шириной с карандаш и толщиной с лезвие бритвы.

Когда Квиллер начал открывать пакетик, Коко вспрыгнул на стол. Изящными коричневыми лапками кот переступил через карандаши, скрепки, пепельницу, пачку табака, рулетку и аккуратно нажал на зеленую кнопку портативного магнитофона Айрис.

– Хррр… сссс… хррр… сссс…

Квиллер ударил по красной кнопке, выключив храп покойного. И услышал за дверью тяжелые шаги.

По лестнице, хватаясь за перила, с трудом поднимался Санта-Клаус.

– Заходите, отпразднуем, – пригласил Квиллер. – У меня бутылка отличного бренди.

– Достойный джентльмен, я готов! – отвечал Бен.

Он двинулся в комнату, шаркая огромными черными сапогами, отороченными искусственным мехом. Глаза Бена остекленели, от него разило перегаром: он явно не спешил домой из детской больницы.

– Хо-хо-хо! – заметил и добродушно поприветствовал Николас котов.

Юм-Юм взлетела на книжный шкаф, а Коко не сдвинулся с места и вперил в гостя злобный взгляд.

– С Ро-рождеством! – прогрохотал Санта-Клаус.

Коко взъерошил шерсть, выгнул спину и распушил хвост, прижал уши, оскалился и зашипел.

Потом вспрыгнул на стол и стал оттуда наблюдать за происходящим – с явным неодобрением, судя по ушам и усам. Наблюдательный пост был выбран с умом: хорошо видны мягкое кресло, в котором Квиллер пьет кофе, качалка, где Бен смакует бренди, и чайный столик с тарелкой копченых устриц.

Журналист медленно проговорил:

– Давайте выпьем за нашего старого друга Кобба, где бы он ни был.

Бен взмахнул стаканом:

– За вероломного подлеца!

– Вы хотите сказать, что не принадлежите к числу почитателей нашего покойного хозяина?

– Добро есть зло, а зло – добро, – отвечал старый актер.

– Хотел бы я знать, что все-таки произошло той ночью в доме Элсворта. У Кобба был сердечный приступ или он поскользнулся на ступеньках? К его ботинкам мог прилипнуть снег. В ту ночь шел снег, правда?

От Бена, погрузившего нос в стакан, ответа не последовало.

– То есть где-то после полуночи, – не унимался Квиллер. – Вы не помните? Разве не шел снег? Вы выходили из дома в ту ночь?

– О, шел снег, дул ветер… Дул ветер, и шел снег, – ответил Бен с соответствующими гримасами и жестами.

– Я побывал в доме Элсворта на следующий день и увидел под машиной Кобба чистую землю. Значит, когда он обчищал дом, шел снег. Самое интересное, в то же самое время там стояла и другая машина. На снегу остались ее контуры, и по ним было видно, что у машины нет левого крыла.

Квиллер замолчал и всмотрелся в лицо Бена.

– Беда, ты на пороге! – произнес тот с таинственным видом.

Журналист тщетно пробовал разные подходы. Старый лицедей оказался лучшим актером, чем он.