Кот, который проходил сквозь стены

Но случались всякие странные вещи, после чего трудно было сказать, кто это сделал: коты или старая леди, лишенная возможности передвигаться.

Официант вернулся с пустыми руками:

– Вам положить сахарку?

– Нет. Только лимон и содовую.

– Как успехи котов в печатании? – спросил Уильям.

– Ты никогда не поверишь, но Коко напечатал слово два дня назад. Довольно простое, но… – Квиллер поднял глаза и заметил ирландскую хитринку в глазах молодого человека. – Ты ведь, в сущности, служишь в «Мышеловке» рассыльным? – сказал Квиллер. – Что ты делал в моей квартире в среду вечером? Мои шпионы видели, как ты туда проник.

Уильям громко рассмеялся:

– Интересно, как вы все-таки меня засекли? Я взял икры из холодильника Микки-Мауса и отнес ее котам. Она им понравилась.

– Кому же она не понравится!

Официант принес пиво и содовую.

– Может, чего еще?

Квиллер отрицательно покачал головой и обратился к Уильяму:

– Как ты поладил с Коко и Юм-Юм?

– Малышка сразу же убежала, а большой кот остался, и мы с ним побеседовали. Он говорит больше, чем я. Мне нравятся кошки. Их ничего не заставишь делать, если они сами не захотят.

– И ты никогда их не победишь. Ты будешь думать, что выиграл у них очко, но они в итоге окажутся впереди.

– Может, заглянете в меню? – Официант положил перед ними меню в жирных пятнах, обернутое в холст.

– Позже, – сказал Квиллер. – Как дела в художественной школе?

Уильям пожал плечами:"

"– Я собираюсь бросить ее. Это не для меня. Моя девушка – художница, и она захотела, чтобы я пошел туда, но… я не знаю. После военной службы я пытался поступить в колледж, но там нужно учиться. Я бы хотел, пожалуй, быть барменом или официантом в хорошем месте, где дают большие чаевые.

– Еще чего-нибудь? – снова спросил официант, не отходивший далеко.

Квиллер отмахнулся от него. Но прежде чем отойти, тот переставил липкую солонку и перечницу и стряхнул воображаемую крошку с пластмассовой столешницы.

– Кем бы я хотел быть, – продолжал Уильям, – так это частным сыщиком. Я читаю много детективов и, думаю, достиг бы успеха.

– Мне тоже это по душе, – признался Квиллер, – я писал о крупных преступлениях в Чикаго и Нью-Йорке.

– Да? Вы расследовали какие-нибудь крупные дела? Это вы писали об убийстве на День святого Валентина?

– Я не так стар, сынок.

– Вы когда-нибудь хотели быть детективом?

– Пожалуй нет. – Квиллер пригладил усы. – Но репортеру не менее присущи наблюдательность и умение задавать вопросы, вот я и задаю вопросы с тех самых пор, как переехал к вам в «Мышеловку».