Красавица для Чудовища (СИ)

Ее лицо было бледным, измученным, болезненно-синий оттенок кожи заставил меня вздрогнуть.

— Миш, я пригласила к нам вечером Дашу и свою сестру Агату, — пропищала она, переминаясь с ноги на ногу.

— Что с тобой, лапочка? — поставив телефон на стол, я подбежал к жене.

— Все хорошо, — солгала она, опуская голову. Ей не было хорошо. — Простудилась. Если мне не полегчает, я вызову врача, обещаю, — прошептала она и поцеловав меня в щеку, выбежала из кабинета."

"Все навалилось одновременно. Стоило Насте выйти из помещения, как мой телефон снова зазвенел. Самойлов назначил мне встречу, и вот теперь, я на самом деле ощутил то, что назад дороги нет.

Посмотрел на часы: время близилось к вечеру. Что-то съедало меня изнутри, предчувствие чего-то нехорошего. Был ли у меня шанс разузнать все этим вечером и поставить точку на этом деле? Я должен был это сделать.

Ради Марины и ради Ксюши. И ради Насти, чтобы начать жить с ней в полную силу, никогда больше не оглядываясь назад.

Вдруг Евгений Самойлов не имеет к этому никакого отношения, и Ткачев ошибся и его внезапное богатство, и разорение — всего лишь стечение обстоятельств? Совпадение и не более.

— Михаил Альбертович, — звонил запыхавшийся детектив. — Вы дома?

— Да, — выдохнул с тоской.

— В общем, как я уже говорил, это ни черта не совпадение, — отрезал он. — Мне довелось узнать, что Самойлов и Шмелев на пару спонсировали Желудова и его напарника Каримова, — говорил он совершенно невозмутимо, а мое сердце обливалось кровью. — И заграницу Желудова тоже направил Самойлов. Помог ему бежать, в общем. Я могу прислать вам доказательства по электронной почте.

— Узнал причину? — сжимая телефон в руке, спросил я голосом с хрипотцой.

— У Шмелева был мотив, — ответил Ткачев. — Я узнал, что в девяностые, ваш отец работал на пару с его братом.

Он рассказывал мне историю из прошлого, а у меня перед глазами было лицо Насти. Построенные с большим трудом по-новой, с чистого листа, отношения, медленно скатывались вниз, в пропасть. Ну ведь она ни в чем не виновата…

— Альберт Михайлович подставил его, в результате чего, тот погиб, — сказал он. — Но это неофициальная версия, по официальной — брат вашего тестя разбился на машине.

— Может быть это неправдой? — уже в который раз я задавал ему один и тот же вопрос, чтобы смыть с отца Насти причастность к убийству.

— Да, — ответил мужчина. — Не отрицаю, что это могут быть слухи. Но, — добавил он. — Зачем тогда Шмелеву все это?

— Что насчет Самойлова? — отчаянно протянул я.

— Насчет него не знаю. В этом деле слишком много криминала, и если честно, мне было сложно все это разузнать. Думаю, за этим стоит кто-то очень серьёзный, — деловито протянул он. — Будем с вами на связи.

Я положил трубку.