Красавица для Чудовища (СИ)

 — Я слышала, как тебя называет муж, — объяснила она и я закатила глаза. Правда, мне не хотелось выставлять на показ некоторые личные моменты своей жизни. — Терпеть не могу эти «сюси-пуси», но у вас двоих получается очень трогательно.

— Я, — прошептала тихо перед собой, выпячивая губы. — Мишкин котёнок — это я, — проговорила четко, гладя и целуя маленькие ладошки сына. — А Альбертик — мой котёнок, — и наклонившись, поцеловала пищащего малыша в подбородок.

«И Миша тоже мой котёнок», — подумала про себя и подняв голову, увидела, как муж, пристально наблюдал за мной, облокачиваясь о стену. Ужасно смутилась, потому что, судя по его ухмылке, он слышал, о чем мы тут говорили с подругой.

— Вы такие милые, — тихо засмеялась подруга, вальяжно рассаживаясь в мягком кресле-мешке. — Семейство «кошачьих», — подшутила она.

Миша вошел в комнату, и лицо Даши снова залилось краской. Нужно было как-то успокоить подругу и объяснить ей, что мой муж не в обиде на нее за то мелкое хулиганство. Тем более, что она защищала меня."

"— Надеюсь, она перестанет уже извиняться передо мной, — прошептал он мне на ухо после того, как мы попрощались с Дашей. Он то и дело искал способ ко мне прикоснуться, потому что на все остальное у нас теперь было табу.

— Тем более, что ты получил по делу, — протянула с ухмылкой, дразня мужа.

— Мой котёнок, — мелодично проговорил он, ловя мои губы и оставляя на них слабо осязаемый поцелуй, от которого по моему телу пробежали мурашки.

— Ты все слышал, — пискнула, наливаясь румянцем. Любимый кивнул.

— Это значит, что ты простила меня, — радостно прошептал он, улыбаясь. Его улыбка обезоруживала, заставляла подкашиваться мои колени. — Теперь я в этом уверен.

— Да, но, — убрав со своего тела его наглые руки, прошептала я хрипло. — Все остается в силе. Никаких домогательств.

***

К вечеру должны были приехать Мишины друзья на ужин по случаю рождения Альберта, а также моего дня рождения. Тамара Васильевна с утра хлопотала на кухне, готовя королевский ужин, не подпуская меня к готовке даже на шаг. Потому что, по ее словам, именинник должны были наслаждаться праздником не утруждаясь.

Миша под предлогом серьезного разговора завел меня в спальню, и стоило мне перешагнуть помещение, как он открыл очередную бархатную коробочку, в которой на этот раз уже были квадратные серьги с бриллиантами.

— Это тебе за сына, — поцеловав меня в щеку, муж бережно снял с моих ушей мои серьги, надел свой подарок и подвел меня к зеркалу, чтобы я рассмотрела себя с ног до головы. — Хотя, подарок от тебя не оценим, родная, — добавил он, имея в виду нашего ребенка.

Несомненно, у Миши бы отменный вкус в выборе драгоценностей, но мне было ужасно неловко каждый раз получать от него такие дорогие подарки.