Красавица и ее чудовище

Эра лениво посмотрела на всполошившегося визави и язвительно заметила:

– Твоя мертвая жена тоже изъявила желание устроить малышке экскурс-с-сию.

– Чудесно! Не успела Катя появиться, а уже нарасхват. И среди Хранителей, и среди духов. Бедный ребенок, она этого не заслужила. – Крылатый кивнул собственным мыслям и, бросив на серое существо странный взгляд, сказал: – Почему четвертый мир?

– Для остроты ощущ-щ-щений. – Ухмылка была полна предвкушения.

– На что ты рассчитываешь?

– На с-с-слияние, сын мой, это же очевидно. – Невинный взгляд на каменном лице выглядел комично, но Хранителю было не до смеха.

 – После него Арацельс уже не сможет отказаться от девуш-ш-шки, и глупые мысли перес-с-станут занимать его светлый ум.

Мужчина покачал головой, задумчиво изучая собеседницу, лицо его стало прежним, растеряло налет недавней агрессии, лишь в прищуренных глазах, словно огненный океан, колыхалось пламя решимости.

– Я отправляюсь за ними, – сказал Смерть после непродолжительной паузы.

– Чуш-ш-шь, – зашипела Эра в ответ, – ты знаеш-ш-шь правила.

– Конечно, – клыкастая усмешка была холодной и злой.

 – Ситуация четыре-один, – сообщил он, не без удовольствия глядя, как вытянула шею и завертела головой каменная женщина.

– Ложь, – подвела она итог и снова расслабилась. – Не суйся к ним, пусть он выпьет девчонку, выпьет и…

– Четыре-три, Эра, – перебил ее дежурный Хранитель и демонстративно швырнул в одну из висящих сфер ослепительно-белый сгусток энергии.

Сгусток взволновал поверхность миниатюрной планеты и, весело сверкнув, метнулся к другому макету, где и канул в небытие, устроив перед кончиной небольшое световое шоу на одном из материков.

Гибкое существо дернулось, вскочило на ноги, провалы глаз полыхнули синим.

– Как ты пос-с-смел? – Тонкий силуэт двинулся к Смерти, хищно растопырив скрюченные пальцы рук.

– Не только ты умеешь жульничать, дорогая. Я тоже кое-чему научился за долгие годы общения с тобой. – Четэри отвесил насмешливый поклон и, нажав несколько черных точек на серебряном браслете, выскользнул за пределы купола. Как раз вовремя – Эра, метнувшаяся к нему, схватила в свои каменные объятия только воздух."

"– Непос-с-слуш-ш-шные дети, – недовольно пробормотала она, спустившись к колодцу, в котором медленно вращался озаренный светящимся ореолом мужчина.

Его черные крылья стремительно покрывались белыми перьями, лицо меняло форму, а кожа – цвет. Сквозь прозрачную гладь межмирного тоннеля зоркие глаза Хозяйки видели, как проходили обычные для Хранителей изменения. Когда черная одежда стала ослепительно-белой, а по широким плечам рассыпались такого же цвета волосы, четэри поднял безрогую голову и подарил Эре ангельскую улыбку.