Чай с жасмином

Яся захотела так. И черт с ним! Я буду создавать ей свою «защиту».

Иваныч отчитывает меня уже раз, наверное, в пятый: «А он говорил… А он предупреждал!» Но мне хреново и без его лекций. Почему она так сказала ему? Она действительно думает так?!?

И я сижу в его открытой машине, спрятав лицо в ладони.

— Как ее увидеть?

— Никак. Она в программе. К ней никого не пустят сейчас. С ней работает мусульманский психолог. Они выяснят сможет ли она быть самостоятельной и предложат различные варианты, в том числе и возвращение на родину. Восстановление связей с родственниками.

— Зачем ей это?! Потом, когда у нее будет статус моей жены — пожалуйста!

— Знаешь, что, Полевой…

— Знаю. А в каком она фонде? Где у тот пансионат?

Протягивает мне визитку.

— Где пансионат — информация закрытая. Попробуй позвонить. Но, предупреждаю сразу, тебя, мужчину, не пустят к ней. Только родственников. В пансионате охрана.

— Мхм…

Разберусь! Сейчас главное — Симка. Яся — в безопасности.

На панели у Иваныча звонит телефон. Тот самый.

— Да? — отвечает он.

Заминка.

— Где Жасмин?

— Здравствуй, Джан. Это Анатолий Иванович, участковый. Помнишь меня? Заявления о похищении жены я у тебя принимал.

— Ну, помню… — насторожено.

— Жасмин попросила меня передать тебе одну тяжелую сумку, когда ты позвонишь на этот телефон.

— А сама она где?

— А сама она в мусульманской благотворительной организации по оказанию помощи женщинам, попавшим в сложную ситуацию и жертвам домашнего насилия в исламских браках.

— Зачем ты ему говоришь?! — психую я.

— Пусть знает! — прикрывает он динамик ладонью. — Не лезь, Полевой.

— Сумка где?

— У меня сумка. Я тебе ее отдам, а ты мне одну девочку взамен.

— Какую девочку?

— Рыженькую такую девочку. Подружку Жасмин. Загостилась она у тебя. Ее родные ищут. Боюсь, тоже напишут заявление о похищении. Придется работать, а у меня планы на выходные.

— А еще не написали?

— Пока нет. Будешь вести себя разумно и не напишут.

— Мы написали, — шепчет ему Миха.

Закатывая глаза Иваныч отмахивается от него.

— Езжай-ка ты, Джан к своему дому, там и встретимся. Сейчас. Вместе с Машей.

Иваныч скидывает вызов и выключает телефон.

— Ты что делаешь, Иваныч!? — вспенивается Миха. — Он же не ответил!

— Ты, Михаил, не пыли мне тут. Это хорошо, что он не ответил. Дай я ему такую возможность, кто знает, как он переиграл бы условия. А так у него выхода нет. Ищут же его, говорите. Поедет он за золотом. Джан не рецидивист. Ему не нужны проблемы с законом. Ему нужно отдать долги.

— Где гарантии, что Машу с собой возьмет? Я урою его!! — психует Миха.

— Нельзя. Сорвешься — покалечишь. Покалечишь — сядешь.