Красавица и Ректор: расколдовать любой ценой

— Я родилась в деревне Хидден Уолл, ваше величество, и выросла в семье старосты. Затем решила поступать в академию…

В том, чтобы рассказать о себе, не было ничего сложного: я часто репетировала эту речь, чтобы она звучала правдоподобно, и спрашивающему не пришло бы в голову что-то уточнять. И он точно не заподозрил бы, что в моих венах вместе с человеческой кровью течет морская вода.

Вопрос его величества, когда я закончила говорить, меня удивил:

— И ты в самом деле хочешь выйти замуж за Оливера, мисс Танг?

— Да, конечно, — недоуменно ответила я. — Ваше величество.

— И ты полагаешь, что замужество принесет тебе счастье?

— Да.

Почему он об этом говорит? Взгляд карих глаз короля был колючим и пристальным, пальцы правой руки барабанили по подлокотнику кресла (или трона? как это называется?)

— И еще год назад ты не знала Оливера, а сейчас единственное, чего ты желаешь, — это стать его женой, верно?

— Нет, ваше величество.

— Нет?

— Не единственное. Я также хочу закончить академию. Простите.

Аннет строго-настрого сказалаа не возражать королю, Оливер — предупредил, чтобы я не боялась, потому что говорить будет он.

Кажется, я все испортила. К моему удивлению, король захохотал.

— Присаживайтесь, выпейте со мной чаю, — отсмеявшись, пригласил он.

Взгляд карих глаз остался пристальным и внимательным, цепким."

"Главное — не расплескать чай! У меня руки немного тряслись, и в какой-то момент Оливеру пришлось подхватить меня под локоть, чтобы я не уронила кружку. Его величество и Оливер заговорили о помолвке, затем — о проклятьях и об академии, затем — о том, какой стоит ждать погоды этим летом. Сезоны на острове мало отличались друг от друга, их смена была скорее символической, но я слышала, раньше зимой вода замерзала, и с неба падали белые ледяные хлопья — снег.

Я бросила тревожный взгляд в окно — интересно, сколько осталось до заката?.. Если бы я только могла расколдовать Оливера! Мне казалось, что я пробовала отдавать ему каждую вещь из тех, которыми владею, но магия не отозвалась ни на одну из них. Оставался последний вариант — моя девственность. Если уж и это не сработает!..

У Оливера по этому поводу было свое мнение:

— Ты достойна того, чтобы я обращался с тобой, как с принцессой. Потому нужно сделать все, как полагается, — после того, как ты станешь моей перед святыми и людьми. Когда мы поженимся.

При это смотрел он на меня так жадно, что по моей коже пробегали мурашки.

— Жаль, что твой отец не сможет этого увидеть, — услышала я голос его величества, и со звоном опустила чашку чая на блюдце, которое держала в руках. — Он бы тобой гордился.

— На самом деле, — медленно начал Оливер, — мы надеемся, что мой отец и все остальные Стортоны как раз смогут присутствовать на свадьбе.

Тишина.