Красавица и Ректор: расколдовать любой ценой

— Знаете что, ректор Стортон! Мне тоже не доставляет ни малейшего удовольствия иметь с вами дело! Но лучше я помогу решить вашу… небольшую проблему, чем буду терпеть ваше дурное настроение весь вечер!

Я попыталась скрестить руки на груди, но сделать этого не вышло: ректор Стортон все еще держал меня за плечи, удивительно аккуратно, учитывая величину его лап и прилагающихся к ним когтей.

Опустив взгляд, он вздрогнул, как будто только сейчас понял, где находятся его руки.

— Можете вернуться к чтению, Танг, — сказал он, отступив на шаг и спрятав ладони за спину.

— С радостью, — церемонно кивнула я и села в кресло.

— Надеюсь, вас в ухо укусит комар.

— Да чтоб вас, Танг, только что перестало чесаться! Зачем вы напомнили⁈

Ректор Стортон совершенно не аристократично поморщился, и тут взгляд его упал на стопку книг, которые я для себя отобрала. Он взял самый большой том, поднял его вверх, ссутулился и с облегчением выдохнул, когда острый кончик обложки коснулся уха. Ухо дернулось, и ректор снова удовлетворенно вздохнул.

Я покачала головой, пытаясь не слишком явно показывать выражением лица, что я обо всем этом думаю.

Проклятье! Вот о чем мне нужно думать. Ну и как его снять? Со вздохом я отложила увлекательную книгу о феях (я как раз читала о том, как предок ректора Стортона спасал мир от наводнения) и взяла наугад трактат, который заранее для себя отобрала. Я должна найти выход. И во имя всех святых, никогда больше не говорить с ректором Стортоном.

Увы, удача не пожелала мне улыбнуться: в трактате не было ничего полезного, одни только примеры ограничителей для проклятий. Мне это ничем не могло помочь.

Спустя час Дрангур принес чай и снова отказался от того, чтобы посидеть с нами — ректор Стортон выглядел искренне расстроенным из-за этого.

Забавно, кажется, он в самом деле был привязан к фамильяру. Это удивляло и выглядело… трогательно что ли? До сих пор я не могла представить ректора привязанным хоть к кому-то.

Взяв в руки изящную чашку из тонкого фарфора, я зашипела: горячая! Настолько, что ручка обжигает пальцы.

Ректор Стортон вел себя на удивление тихо. Он снова держал в руках книгу по истории своей семьи, но в этот раз не читал — только задумчиво гладил корешок.

— Так… вы интересуетесь географией? — неожиданно спросил он.

— Почему вы спрашиваете? — насторожилась я, ставя чашку на стол.

Сейчас снова начнет меня отчитывать. Надоело!

— Я пытаюсь завязать с вами светскую беседу, Танг! — рыкнул ректор. Ну разумеется, он снова зол. Как предсказуемо! — Не могли бы вы взять на себя труд ее поддержать?

— Поддержать? — я захлопнула трактат, и в тишине это прозвучало так же громко, как выстрел. — Отлично. Тогда расскажите мне о Драконьей земле!

— Как будто вы о ней не знаете!

— Можете себе представить.