Красивая иллюзия (СИ)

Хлесткий удар по лицу вновь приводит меня в состояние боли. Вокруг голоса, мужской, женский, что-то требуют, глухо кричат. Какая-то женщина тихим успокаивающим голосом шепчет, что я должна сделать это сама, иначе будет хуже. Требует глубоко дышать. А я головой мотаю, бессвязно прошу облегчить мою боль и оставить меня в покое.

- Еще немного. Терпи, моя хорошая. - Продолжает уговаривать меня женщина. Стискиваю зубы, пытаюсь делать все, что мне говорят. Через какое-то время боль становится невыносимой. Кажется, низ живота разрывает на куски. Кричу. А потом вдруг становится легче.

Нет, боль не отступает, но она становится не такой значительной."

"– Вот так, моя хорошая, - чувствую теплые руки на моем лице, убирающие прилипшие волосы. - Вот и все. Теперь расслабься. Ты умница. - В глазах до сих пор темно, все плывет. Чувствую, как в руку впивается что-то острое. Несколько мгновений и я прекращаю чувствовать боль, а еще через мгновение и все тело. Так хорошо. Я уже ничего не слышу и не чувствую. Ничего нет. Я куда-то уплываю. Туда, где ничего не имеет значения.

Я не знаю, сколько проходит времени, не понимаю где я. И совершенно не помню, что со мной произошло.

Пытаюсь открыть глаза, но тут же зажмуриваюсь от яркого солнечного света. Слышу тяжелые шаги, шорох,и свет пропадает. Я могу пошевелиться, но боюсь двигаться. Боюсь вновь почувствовать боль. Ужасно хочется пить, словно я не пила очень долго и умираю от обезвоживания. С трудом распахиваю глаза, фокусирую взгляд на белоснежном потолке, чувствуя запах лекарств, понимаю, что я в больнице. Решаюсь пошевелиться, ощущая неимоверную слабость. Пытаюсь вспомнить, что со мной произошло и как я оказалась в больнице. Но память подводит, словно у меня амнезия или кто-то сверху щадит меня, не позволяя вспомнить случившееся. Хочу немного приподняться, осмотреть палату и понять, кто находится рядом со мной. Но при попытке сесть низ живота накрывает тупая ноющая боль. Морщусь, немного постанывая в голос, безвольно падаю на подушки. Глубоко дышу, прекращая резкие движения и бoль медленно отступает. Чувствую, как мою руку накрывает большая теплая ладонь.

- Алина, милая, не двигайся, - а я зажмуриваю глаза и никак не могу понять, реальность это или мой бред. У Олега такoй тихий, мягкий и немного надрывный голос.

Поворачиваюсь в его сторону, удрученный вид. Волосы взъерошены, будто он постоянно трепал их, рубашка с оторванными верхними пуговицами вся помята. Я никогда не видела его в таком состоянии. Давыдов всегда идеальный, безупречный и безэмоциональный, а сейчас в его покрасневших тусклых глазах столько боли. Пн гладит мою ладонь, и я чувствую, как дрожат его руки.

- Как ты? Больно? – спрашивает он осипшим, неживым голосом.

- Нет. Уже нет, - отвечаю я и сама не узнаю свой голос.