Красивая иллюзия (СИ)

С недавних пор я ненавижу когда- то любимые мной туфли на каблуках,испытывая огромное желание собрать их все в кучу и сжечь к чертовой матери. Спускаюсь по лестнице, вызывая на ходу такси. Переминаюсь с ноги на ногу в ожидании машины. Пытаюсь унять волнение, взять себя в руки и подумать над тем, что я скажу Олегу, но мысли плывут. Точно понимаю только одну вещь - я хочу увидеть Давыдова, прикоснуться к нему и вдохнуть его мятно-цитруcовый запах.

Сажусь в такси. Как только машина трогается с места, я тут же расплачиваюсь с водителем, чтобы по приезду сразу выйти из машины.

Спешу к нему, будто опаздываю. Глубоко дышу, пытаясь прийти в себя, вспоминаю слова Ольги о том, что охрана никого не впускает. Если он не подпускает к себе собственную мать, с чего я взяла, что он впустит меня? Решаю сказать охране, что приехала за вещами. Если не пропустят, устрою истерику. Олегу доложат, и он выйдет ко мне сам. Должен выйти. Я на это надеюсь.

Но на месте мне ничего ни приходится предпринимать или врать охране. Как только я подхожу к большим воротам, они разъезжаются передо мной, как раньше, словно я никуда не уходила. Прохожу во двор, в котором все цветет и пахнет и ничего не говорит о том, что этот дом мертв изнутри.

Зачем нам нужен был такой большой особняк, когда мы жили в нем вдвоем?"

"Подхожу к большой дубовой двери,и сердце замирает. А если Ольга ошиблась,и он вовсе меня не ждет? Обтираю об кофту вспотевшие ладони, хватаюсь за ручку двери, но дверь открывается сама собой. Сталкиваюсь на пороге с домработницей, которая широко улыбается при виде меня.

- Здравствуйте, - киваю головой, не решаясь войти, осматривая прихожую за ее спиной.

- Как хорошо, что Вы вернулись, - с надеждой произносит она, отступает, молча предлагая мне войти.

– Олег Александрович, он... - она запинается, замолкает, словно сказала лишнего.

- Где он? - решительно спрашиваю я, скидывая с себя кофту, отставляя сумку в прихожей.

- Он, как всегда, у себя в кабинете. Последнее время он проводит там целый день, а ночует в вашей спальне, запрещая мне там убирать, – тараторит она,и идет за мной, когда прoхожу в гостиную. - Может, Вы уговорите его поесть, у меня не получается. Он питается только чаем, кофе и алкоголем пo вечерам. Я думала, мать сможет….

-Замолчите, - резко перебиваю ее я. – Я все поняла. На сегодня можете быть свободны, оставьте нас, – прошу ее и устремляюсь в коридор к его кабинету. Застываю возле двери, прислушиваюсь к происходящему по ту сторону и ничего не слышу. Полная звенящая тишина. Я здесь. Нужно сделать этот шаг, за которым следует переломный момент в наших отношениях. Или мы есть, какими бы мы не были сломленными,или нас вовсе нет. И никогда не было. Тихонько стучу, но ответа не получаю. Приоткрываю дверь, прохожу в кабинет.