Красная луна

Для нашей Стаи и её будущего жизненно важно узнать, что они замышляют и на что способны».

Почему Счастливчик перестал её слушать? Не сводя глаз с лагеря Длиннолапых, Гроза улеглась, положила на лапы морду и глубоко вздохнула «Он всегда прислушивался ко мне. Всегда доверял моему чутью. И верил мне! И всё это вмиг куда-то подевалось! Почему? Что случилось?»"

"Гроза игнорировала бормотание Колючки до тех пор, пока оно не стало таким же невразумительным, как и отдалённый лай Длиннолапых. Это было бесконечное скуление, в котором постоянно повторялись одни и те же слова и фразы: «мы с Жуком», «Пёс-Отец», «Длиннолапые», «мщение» и «несправедливость».

— Как ты могла помочь кому-либо из собак? — высокий и негодующий голос Колючки начал расцарапывать Грозе черепушку. — Ты что, специально так говорила, чтобы нас запугать?

Гроза не поняла, что произошло. Словно последняя тонкая верёвочка, удерживавшая её бешенство на привязи, вдруг лопнула.

Вскочив на все четыре лапы, собака ожесточённо залаяла в морду Колючке:

— Что-что? Как я могла помочь? Что ты подразумеваешь под этими словами? Что я посмела беспокоиться о Стае? Пыталась обезопасить собак? По-твоему, я хотела вас запугать? Что ты мелешь, Колючка? Ну-ка, скажи мне: когда в последний раз я причинила вред кому-либо из собак в нашей Стае? Отвечай! Когда я навредила хоть одной собаке?

Колючка не отвечала.

Сквозь красную пелену своей ярости Гроза заметила, что молодую собаку заколотила дрожь. Её округлившиеся глаза, прикованные к Грозе, налились ужасом. Она лежала, распластавшись и вжимаясь в землю, а Гроза стояла над ней, растопырив передние лапы над её головой. На оцепеневшую от страха морду Колючки что-то капнуло. Гроза осознала: это была слюна с её клацающих челюстей.

«О, Небесные псы! Что я делаю?»

Моргнув, Гроза попятилась назад. Но расправить свою искажённую морду собаке не удалось. Её глаза неотрывно наблюдали за Колючкой. Не переставая дрожать, молодая собака подползла к ней чуть ближе и перекатилась на спину, обнажив брюхо. Из её пасти свесился на бок язык, белки вокруг тёмных зрачков увлажнились.

— Прости меня, — проскулила Колючка. — Прости меня, Гроза!

— Нет, — облизала Гроза свои челюсти, поспешив спрятать клыки.

 — Это ты меня извини. Я не нападала на тебя, Колючка.

— Я… Я понимаю, Гроза, — голос Колючки запнулся, когда она снова перекатилась на живот. — Всё в порядке. Не было никакого нападения. Прости меня, — повторила собака, ни на секунду не отведя взгляда от Грозы.

— Я не хотела тебя напугать…

— Нет! Конечно же, нет! Я знаю! Я зашла слишком далеко. Извини меня, — затараторила Колючка, усевшись на задние лапы и плотно обвив их своим хвостом.