Красные свитки магии

И вдруг он заметил над водой какую-то тень.

В голове мальчика прозвучал чей-то шепот; он был холоднее воды, наполнявшей его легкие.

– Сейчас ты услышишь слова, которые помогут тебе освободиться. Произнеси их, и этот человек умрет вместо тебя. Только один из вас может сегодня остаться в живых. Воспользуйся своим могуществом, иначе ты погибнешь.

В тот момент выбор был очевиден.

Мальчика охватило странное спокойствие; слова заклинания слетели с его уст, и вода унесла их. Руки его, которые только что в панике молотили по воде, замерли, затем изобразили серию сложных жестов.

Он не в состоянии был дышать, но сумел сотворить заклинание.

Магнус размышлял об этом сотни лет, но до сегодняшнего дня не мог понять, как ему удалось привести в действие смертоносные чары и избавиться от отчима.

Теперь он знал."

"Мальчик превратился в колонну синего огня, настоящего, жгучего огня, и вода в ручье вскипела. Жадные языки пламени поползли по рукам человека, который топил ребенка, и пожрали его заживо.

Жуткие крики жертвы разносились среди черных стен амбара, в котором умерла его мать.

Внезапно Магнус обнаружил, что стоит напротив мальчика; взгляд ребенка был устремлен прямо на него.

Рубашка его обуглилась, над телом курился дымок. На мгновение Магнусу почудилось, что мальчик видит его. Затем он сообразил, что тот пристально смотрит на мертвое тело приемного отца.

– Я не хотел этого, клянусь, я не хотел, чтобы так получилось, – прошептал Магнус, обращаясь к теням умерших и мрачным призракам прошлого, к своей матери, к ее мужу и к растерянному, несчастному ребенку, каким он был когда-то.

– Но ты сделал это, – напомнил ему Асмодей.

 – Потому что хотел жить.

Отец стоял рядом с мальчиком и смотрел на теперешнего, взрослого Магнуса сквозь пелену дыма.

– А теперь иди, – негромко произнес он, обращаясь к ребенку. – Сегодня у тебя все получилось превосходно. Иди и постарайся стать достойным меня. Возможно, однажды я вернусь и потребую оказать мне ответную услугу.

Магнус поморгал, потому что от едкого дыма защипало глаза, и обнаружил, что снова стоит на сцене посередине амфитеатра, под черным небом.

Земля под ногами качалась, но он знал: это просто головокружение.

Прошло всего несколько секунд. Шинь Юнь по-прежнему застыла в неловкой позе, устремив на Магнуса пристальный взгляд, полный безграничного отчаяния. Непроницаемая тьма, скрывавшая пространство за пределами пентаграммы, постепенно рассеивалась и превращалась в серый туман. Магнусу даже показалось, что он различает силуэты людей, наблюдающих за ним.

Асмодей стоял рядом, положив руку ему на плечи; эта поза почти походила на объятие.

– Теперь ты понял? – произнес он. – Я спас тебе жизнь. Ты выбрал меня.