Аукцион Судьбы. Книга первая

Потому что мужские зубы аккуратно прикусили одну из ягодиц и одновременно с этим палец Олега дотронулся до половых губ Саши, ловко отодвинув в сторону край трусиков.

Сашу повело, не то от неожиданности, от того, какую картину они представляли, не то от ярких эмоций, что вихрем обрушились на неё. Она, чтобы сдержаться и не закричать, до крови прикусила нижнюю губы, напрочь уже отказываясь понимать, что происходит. Неужели её тело реагирует на… это? Вот на такое наглое, бесцеремонное обращение. Когда тебя распластывают у двери, рвут одежду. Неужели Сашу это заводит?

Все мысли исчезли из головы, когда язык сменил зубы и принялся вырисовывать на горящей коже замысловатые линии. Палец же проник внутрь лона Саши. Чуть-чуть, совсем немного за что она мысленно поблагодарила Осетина. Грубое вторжение она бы не пережила. Или отреагировала нормально?

- Сладкая. Вкусная. Проклятье, куколка, да я, кажется, от тебя дурею!

Она не воспринимала его слова всерьез. Взрослые женщины шептались, что чего только мужчина не скажет во время секса, какую чушь не пронесет, а они, мол, и рады уши «развесить», потому что жаждут слышать милую чушь и верить, что самые желанные, любимые, красивые и так далее, и тому подобное.

Зря Саша не отнеслась к ним всерьез.

Ох, зря…

- Ножки раздвинь. Шире… Шире, я сказал!

Саша выполнила приказ, кое-как заставив двигаться непослушные ноги, которые её держали с трудом. Она больше ничего не понимала и не желала думать, полностью отдавшись в волю более опытного любовника, который, как она надеялась, знал, что делал.

- Хочу тебя видеть. Всю.

Дальше последовало нецензурное выражение, описывающее мужское восхищение женской плотью. Саша же отчаянно пыталась удержаться за дверь и не рухнуть на пол. А ещё её смущало легкое покалывание в груди и тягучее, приятное давление внизу живота.

Когда мужской палец проник внутрь лона, она интуитивно сжала интимные мышцы.

- Тугая… Не могу больше… Крышу рвет…

Она только почувствовала, как он пружинисто поднялся, выпрямился во весь рост, а потом услышала бряцанье ремня да шуршание молнии.

И снова крупное тело навалилось на неё.

Осетину этого оказалось мало. Ему захотелось её губ.

Он властно развернул её лицо к себе и поймал губами её искусанные от волнения губы. Он не целовал её. Он снова набросился, как и в машине, завладевая и подчиняя. Саша, помня о его словах, что он желает видеть её раскрепощенной, ответила на поцелуй, приоткрыла губы, впуская его внутрь и осторожно принялась ласкать в ответ, играя языком. Он, расценив её действия по- своему, вступил с ней в противостояние. Давил. Проникал. А когда прикусил её губу, то и вовсе заставил Сашу потерять связь с реальностью.