Крепкий орешек

— Ты плачешь? Это действительно слезы? — словно не веря глазам своим, спросил он.

Она хотела ответить, что просто устала после всех испытаний дня, но беспомощно расплакалась.

— Маргерит! Маргерит!

— Я понимаю, что мужчины не переносят женских слез, — попробовала она пошутить, но Джастин в ответ лишь свирепо встряхнул ее.

— Мне непереносимо, когда плачешь ты! — хрипло бросил он. — Боже, если Карни тронул тебя хотя бы пальцем!..

— Оставь его в покое! — испугалась Маргерит. — Это была моя вина. Мне не нужно было идти с ним. Одному Богу известно, сколько раз я предугадывала такие ситуации и избегала их, но сегодня…

И она, дрожа словно осиновый лист, прильнула к груди Джастина.

— Если хочешь, я побуду с тобой, пока ты не уснешь, — предложил он.

Маргерит закусила губу. Ей неудержимо хотелось ответить «да», но она боялась…

— Давай начнем историю наших отношений заново, — тихо сказал Джастин. — Мы с самого начала взяли неверную тональность… Боже, я готов был убить этого Карни, когда он увел тебя с вечеринки!

— Так ты видел, как мы уходили? — Маргерит с изумлением уставилась на него.

Джастин слабо усмехнулся и отвел глаза.

— Да, видел. И подумал, что ты делаешь это мне назло. Маргерит, ты же видишь, как я желаю тебя! Не слепая же ты, в конце концов! Впрочем, о чем я говорю? Я всего лишь наемный работник и должен знать свое место…

— Джастин! — срывающимся от волнения голосом прервала его Маргерит.

Неужели он меня любит? — с изумлением подумала она и пристально посмотрела ему в лицо. Маргерит боялась обнаружить на нем тень лжи, но прочла лишь чувственный голод и разгорающуюся страсть.

Тела их плотно прижались друг к другу.

— Только не надо играть со мной, Маргерит, — предостерег Джастин. — Давай на этот раз не делать ошибок. Я хочу тебя и…

— И я хочу тебя, Джастин, — хрипло сказала Маргерит. Ее пальцы прикоснулись к его лицу, словно убеждаясь, что он — не сон. — Но сначала я хочу сказать тебе…

Она хотела рассказать ему о Грегори, объяснить, что именно страх, привнесенный из прошлого, не давал раскрыться ее чувствам.

Сейчас для Маргерит не имело никакого значения, что у Джастина нет тех денег, к которым привыкла она, не имело значения, чем он зарабатывает себе на жизнь. Главным было то, что их влекло друг к другу, и она шестым чувством осознавала, что не следует упускать свой счастливый билет в оглядке на гордыню или Меркантильные соображения. Пускай она богата, а он — беден, пускай люди подумают что-то не то и будут криво смотреть на них! Какое значение это имеет в сравнении с захлестнувшим ее счастьем?

— Потом, дорогая, — хрипло прервал ее Джастин.