Крематорий
Лучший боевик тайной антикоррупционной организации «Антикор» Андрей Ларин получает задание выяснить, что же происходит в одной из российских областей. Тамошний губернатор Радьков затеял какую-то странную возню в местном заповеднике. Лес опыляют с самолетов неизвестным химреактивом – якобы против клещей, на которых препарат, впрочем, совершенно не действует. А когда один из самолетов вдруг разбивается в лесу при странных обстоятельствах, руководство области спешит замять это происшествие… Руководство «Антикора» подозревает, что Радьков и его люди готовят некую крупномасштабную акцию, крайне опасную для жизни и здоровья местного населения. Ларин берется за дело – и сразу же чуть не лишается жизни…
Максимум, чего мы добьемся такими методами – Радьков тихо уйдет в отставку, или вообще друзья-товарищи устроят его в Москве на непыльную должность одного из заместителей министра второразрядного министерства. А у меня к этой мрази теперь свои счеты возникли.
– Андрей, не горячись. Все зло в мире не искоренишь. Всех негодяев не накажешь. Мы просто сделаем какую-то часть нашей страны немного чище. О большем мечтать и не приходится.
Ларин отмахнулся от Маши, всем своим видом показывая, что та только зря тратит время на уговоры.
– Ты меня за советскую власть не агитируй!
Он вытащил мобильник и, сверяясь с визиткой, набрал номер.
– Кому ты звонишь?
Андрей поднял руку, показывая, чтобы Маша молчала, и принялся говорить в микрофон:
– Администрация губернатора? Адриан Даргель беспокоит... да-да, фотограф из Москвы... я понимаю, что немного не вовремя, но мне Александр Михайлович Радьков обещал встречу... свяжите меня с ним... хорошо, подожду...
Маша принялась выдирать у Ларина трубку и шипела:
– Брось эту затею. Ты сейчас в таком состоянии, что можешь наговорить ему черт знает что. Этого нельзя делать.
– Погоди, – Андрей вытянутой рукой отстранил от себя Машу и прижал к дверце.
Затем его лицо преобразилось. Он мило улыбался, говорил в трубку очень мягко и уважительно:"
"– Здравствуйте, Александр Михайлович. Благодарю, что нашли время поговорить со мной. Примите мои соболезнования, ведь, я слышал, есть человеческие жертвы. Но катастрофа катастрофой, а наши планы никто не отменял. «Сто лиц России» – очень серьезный проект. Среди его спонсоров – Администрация Президента, мэрия Москвы, о Министерстве культуры я уже и не упоминаю.
Андрей выключил трубку, положил перед собой на приборную панель.
– Я ничего не поняла, – Маша смотрела на напарника, – что тебе даст эта встреча с Радьковым?
– Очень многое. У тебя еще осталось то самое самовоспламеняющееся средство?
– Почти целая канистра в багажнике плещется. А что?
– Мы собирались из Радькова в конечном результате публично сделать политический труп.
* * *– Я, как дура, сделала все, что ты просил. Даже молока котятам купила и пристроила их к горничной в гостинице. Но до сих пор не знаю, что ты затеял, – выговаривала утром Маша Андрею.
Они стояли на балконе гостиничного номера. Ларин неторопливо попивал кофе и загадочно улыбался. Утреннее солнце пробивалось сквозь дым на горизонте.
– Ты же знаешь меня.
