Крепость надежды

Неподалеку раздавался знакомый голос здоровяка:

— Ты чего носилки бросил, склирсово отродье? А?!

Похоже, Рикар проводит воспитательную беседу с нерадивым носильщиком. Открыв глаза, я повернул голову в сторону голоса. В нескольких шагах от себя обнаружил держащегося за глаз мужика и разъяренного Рикара, переключившего свое внимание на остальных носильщиков:

— А вы куда смотрите? Вас тоже касается! Четверо здоровых мужиков носилки удержать не смогли! Господина уронили! Я вам всем сейчас таких л…

— Рикар! — позвал я.

— Да, господин, — подбежал здоровяк, — просим прощения, господин. Я этим трефам вонючим сейчас руки-ноги переломаю, чтобы знали.

— Подожди, — перебил я не на шутку разошедшегося Рикара, — я сам виноват. Они тут ни при чем. Не трогай их.

Судя по сильно выпученным глазам Рикара, такого ответа он не ожидал. Очень сильно не ожидал. Повернувшись к провинившимся, Рикар зычно крикнул:

— Господин прощает вас. Знайте его доброту! — И добавил, обращаясь ко мне: — Господин, вы сможете продолжать путь?

— Да, продолжим. А куда мы двигаемся, Рикар? И где мы сейчас находимся?

Рикар помедлил, но все же решил ответить:

— Господин, мы в Диких Зем…

— Рикар! Думаю, тебе лучше заняться своим делом, — перебил здоровяка неизвестно откуда появившийся друид. Похоже, дедуля здесь главный, вон как Рикар почесал в сторону головного отряда. Отметим. Тем временем мужики ухватились за ручки и подняли носилки. Давешний мужик, упустивший ручку носилок, щеголял подбитым глазом. Не иначе Рикар вразумлял ротозея.

Друид подошел ко мне и, положив руку на мой лоб, пробормотал:

— Хорошо. Еще несколько дней, и ты сможешь встать. Рана на ноге почти затянулась. А теперь тебе надо поспать для восстановления сил.

— Я не хочу спать, спасибо, — вежливо отказался я. Хватит с меня в забытьи время проводить.

— Не спорь, — буркнул дед. — Засыпай. Засы…

— Я! Не! Хочу! Спать! — не выдержав, рявкнул я и стряхнул руку друида со своего лба. — Спасибо, я уже отдохнул.

В глазах друида на мгновение мелькнуло что-то, очень похожее на раздражение. Только на мгновение, но я успел заметить. Ох и непростой этот дедуля. Очень непростой. Чувствую, надо держать с ним ухо востро.

— Ранение очень серьезно. — Он опять потянул руку к моей голове.

Нет. Так не пойдет. Пора брать руководство над режимом дня в свои руки. Перехватив его руку, я посмотрел друиду в глаза и медленно и отчетливо процедил:

— Я очень благодарен вам за заботу о моем здоровье. Но решать, когда мне спать, а когда нет, я буду сам.

Несколько долгих секунд старый друид изучающе смотрел мне в глаза, после чего высвободил зажатую мной ладонь и, выпрямившись, буркнул, обращаясь к застывшим носильщикам:

— Чего стоите? Вперед. Да не трясите.