Крест и порох

– Заметил чего, друже? – устремились следом казаки.

Маюни, не отвечая, дошел до протоки, присел, зачерпнул воды, попил, посмотрел направление потока.

– Чего молчишь? – остановился рядом десятник.

– Вода нужна всем, – ответил охотник. – И менквам, и товлынгам, и волчатникам, да-а. Хочешь найти зверя – ищи водопой. У моря стойбище есть, там искать нечего. Пошли наверх.

Наконец-то ощутив азарт, остяк устремился вдоль берега, примерно через час остановился, присел среди камней, принюхиваясь.

– Чего тут такое, Маюни? – спросил Кудеяр.

– А ты разве не видишь? Вон, мох содран и трава ощипана, да-а. Но это, похоже, олени. Они рядом с менквами пить не станут… – Следопыт пошел дальше, то ускоряя, то замедляя шаг, перепрыгнул пару ручейков, пригнулся возле еще одного пляжика, опустился на колено, потрогал ладонью воду: – Да-а…

– Чего, «да-а», остяк? – на этот раз возмутился Матвей. – Что «да-а»? Ты сказывай. Непонятно же ничего.

– Вот, видишь царапину на дне? Везде тина, а тут полоска? Не пил тут кто-то, черпал, да-а… – Паренек ухватил ладонями воду, сделал несколько глотков. – Глубоко черпал, небрежно, да-а…

Паренек поднялся, огляделся, облизнув губы, решительно направился на север, время от времени нагибаясь ниже и снова выпрямляясь. Теперь казаки и сами стали замечать то свороченный с камушка кусок мха, то смятую траву, то сдернутый ком земли в низине. Внезапно Маюни остановился, принюхался, покрутился, свернул влево, несколько раз прыгнул с камня на камень, замер над выемкой меж валунами:

– Силантий! Иди сюда, десятник. Посмотри.

Казаки приблизились, встали кружком.

– Ух ты, говно! – высказал общее недоумение молодой казак. – К нему звал?

– Человеческое! – ткнул пальцем вниз остяк. – Менквы крупные кучи наваливают и с запахом тухлым, да-а. А это едкое!

– Может, пойдем отсюда, Маюни? – попросил Силантий Андреев.

– Вы не понимаете, да-а? – укорил казаков охотник. – Здесь были сир-тя!

– От, проклятье! – Воины невольно потянулись к оружию. – И чего им тут понадобилось?

Остяк молча вернулся к тропе, побежал по ней. Еще час, и они вышли к обширному стойбищу из пяти округлых домов, разбросанных в низине между пологими взгорками. Здесь было тихо и слегка пахло тухлятиной.

Маюни заметался, нырнул в один дом, в другой, остановился:

– Недавно ушли. Мыслю, дней шесть-семь тому. Пыли мало, да-а. Но есть.

– И что?

– Сир-тя менквов собирают, да-а… С самых дальних кочевий. Тех, куда дракон не летает. Не поленились, пешими пришли.

– И что? – повторил вопрос Кудеяр.

– А супротив кого они, помысли, людоедов сбирают, племяш? – отвесил ему подзатыльник Силантий. – Вестимо, новый замысел у колдунов появился.