Крест и порох

– Для ящерки? – недоверчиво переспросил Маюни, сам шаман из рода Ыттыргынов.

– Да, – кивнула Митаюки. – Я ведь ее кровь на заговорные знаки амулета нанесла, для нее защиты испросила. Посему оберег на благополучие зверушки ныне нацелен. Но при том, как был защитным, так и остался. Как был силой напитан, так и остался. Как благословение духов имел, так и ныне имеет. Если не знать, то никак не догадаешься, что он более не покой поселка оберегает, а очень даже наоборот.

– Но ведь колдун и шаманки не токмо на амулет надеются! Они еще и камлают, и гадают, да-а.

– Пускай, – пожала плечами девушка. – Выпадет шаману беда большая – он выйдет, на амулет священной березы глянет и убедится, что поселку ничто не грозит. Получится, что напасть не всем, а токмо ему лично грозит. Равно и колдуньям ничего понятного в знаках опасности не будет, хотя и тревожно. Гадание, оно ведь прямо ничего не сказывает. Его толковать надобно. Да к тому же не так уж беда и велика…

Успокоившись, Маюни стал грести медленнее, а где-то через час повернул к берегу:

– Не, в темноте протоки не найдем, да-а… Озеро чужое, незнакомое.

– Совсем не найдем? В смысле, селение в темноте отыскать сможешь?

– Там, где сир-тя живут, чумы, огороды, площадь, да-а. Леса нет. Найти легко. Протока узкая, темная, в чаще. И на свету не всяк отыщет.

Митаюки оглянулась – и действительно сразу увидела глубокий просвет в темной стене лесов. Он легко различался даже сейчас, на фоне темного ночного неба.

– Тогда все хорошо, – тихо пробормотала она.

Найти выход из озера и вправду оказалось не так уж просто. Даже днем, выспавшись и двинувшись дальше всего в полусотне шагов от берега, они заметили выход, лишь подплыв почти вплотную. Да и то не саму протоку, а пучок хвои, уносимый течением к берегу. Маюни-следопыт повернул за ним, и только оказавшись меж берегов, молодые люди поняли, что вырвались. А не будь хвои – могли и не заметить.

Скатившись вниз на три сотни саженей, Маюни и Митаюки помахали руками вышедшим на берег воинам.

– Ну как, гостья, сплавала? – крикнул с берега дозорный. – Чего-то быстро возвертаешься!

– А по мне не понятно? – выпятила грудь девушка. – Нешто разницы в наряде не зришь?

– Так ты на берег выйди, не видно!

– Вскорости обратно приплыву, – пообещала юная шаманка и, прищурившись, склонила голову набок: – Ты уж к тому времени реши, храбрец, есть у тебя уже избранница али только надобна?

– Приплывай, решу! – вскинул руку воин.

Дозорный на сосне тоже зашевелился. Видно, обиделся, что его не заметили. Митаюки-нэ помахала рукой и ему, даря самую яркую свою улыбку.

Долбленка миновала камышовую стену, выскользнула в болото и застряла среди ряски.