Крестовский треугольник

— Вот! Сейчас найду ее номер… А, вот он… Хотите я запишу вам его на бумажке?

— Будьте столь любезны…

Нина Ивановна оторвала листок от небольшой стопки желтых квадратных листиков и быстрым почерком написала несколько цифр.

— Ее зовут Светлана. Это мама Юли Сорокиной. Пожалуйста, — она протянула листочек следователю."

"— Спасибо. До свидания! — Золотарёв, спрятав бумажку во внутренний карман куртки, направился к выходу.

— Не провожайте меня, — кинул он походя дернувшемуся Никитину.

После того, как за следователем закрылась дверь, Нина Ивановна повернулась к Сергею Петровичу и почти шепотом спросила:

— Что все-таки произошло?

Директор вздохнул и, стараясь не глядеть на педагога, сказал:

— Похоже, вы были правы, Нина Ивановна.

Отец застал Сашу со своим любовником…

— Что-о-о?! — тонкие редкие брови поползли вверх. Нина Ивановна в удивлении открыла рот.

— Да, дорогая моя, вы были правы, а я нет! Черт! — в сердцах Никитин прикрыл рот рукой.

В комнате воцарилась тишина.

— Какой же гад этот Крестовский! Я его предупреждал! — вдруг Сергей Петрович почувствовал злость на самого себя за свою мелочную недальновидность.

Бедный мальчишка! Что ему пришлось пережить! И сейчас он с этим гадом, своим отцом, который не смог уберечь сына, увлеченно занимаясь только собой, не думая об интересах ребенка. Никитину вдруг стало отчаянно жаль Сашу. Почти незнакомого мальчика. В школе таких, как Саша, много, разве же узнаешь про беды каждого?

— А я говорила вам! Я говорила! — зло затараторила Нина Ивановна, глядя на директора. — Говорила, что ничем хорошим это не кончится! И что вы мне на это сказали?

— Это уже неважно… — Никитин был готов действовать. Он повернулся и решительно направился к двери.

— Как это неважно? Послушайте меня… Сергей… Петрович… — понеслись вслед возмущенные слова. Но Никитин их уже не слышал.

Полностью поглощенный своими мыслями, Сергей Петрович стремительно шел по коридору.

Часть 13

Роман сидел за столом, обхватив голову руками. Два дня в поисках грамотного юриста, который помог бы в такой непростой ситуации не дали ровным счетом ничего. Те, кто мог оказать реальную помощь, просили подождать неделю, две, а то и целый месяц. А с бездарями, желающими по легкому срубить бабок, дела иметь не хотелось.

Да и вряд ли от них можно было ожидать решения проблемы. Отчаяние наступало на пятки. Собственное бессилие выводило из себя. Голова раскалывалась от непрекращающейся мозговой атаки. Он все думал и думал, перебирая по кругу возможные варианты, но новых решений не находил. Им попросту неоткуда было взяться. Это был тупик, из которого нет выхода. При мысли об Андрее сердце больно щемило. Роман в сотый раз корил себя за то, что предал любимого человека.

Санька сидел рядом и сочувственно вздыхал.