Криминальная принцесса

– Ах, вот оно что, – начал мужчина, и голос его прозвучал глухо от сдерживаемой злости, – кажется, Алечка, ты кое-что забыла. От меня мои люди просто так не уходят. Совсем не уходят, Алечка. А ты хочешь, чтобы я тебя отпустил из важного проекта. Признаться, я никак не ожидал от тебя такого демарша. Ну, это, конечно, мой промах, мой просчет. Привык я доверять людям, с которыми близок, привык считать их своими друзьями. А тут вон оно как вышло. Да… Видно, ты, Алечка, напрочь забыла, какую помощь я тебе оказал с твоим племянником."

"– Да дело не в Игоре, Ларик, пойми. И я тебе очень благодарна за Игоря. Ты ведь спас его от большого срока. Но ведь я уже пять лет работаю на тебя! По-твоему, я не отработала свой долг? Так, что ли?

– Тебе что, мало денег? – спросил Илларион.

– Нет, Ларик, дело совсем не в деньгах, просто…

– Просто ты, Алечка, вконец обнаглела! Смотрите-ка, какая она стала смелая! А с чего бы это, а? Или, может быть, тебе Игорек что-то прошептал на ушко? Ты что же, думаешь, я не смогу его снова сделать свидетелем? Да он не только станет свидетелем, он сам сядет, и очень надолго! И никто его оттуда не вытащит, запомни это! Ты же меня хорошо знаешь, не так ли?

Илларион замолчал, а Алевтина Куприянова во время его гневной тирады не произнесла ни слова. Молчала она и сейчас.

Наконец, Куприянова подала голос.

– Ларик, извини… я не подумала… я погорячилась, – с трудом подбирая слова и делая паузы, проговорила хозяйка «Белой лилии». – Когда начинаются гастроли? Когда выезд?

– Вылетаете с группой в Англию. Билеты получишь на днях, тебе принесут. Как только билеты будут у тебя на руках, сразу же звони Дмитрию Леденееву. Позвонишь ему и сообщишь ему номер рейса. На этот раз в группе будет двадцать пять человек. Он столько заказал. Закончишь наши дела, потом можешь пообщаться со своим ненаглядным племянником.

Илларион говорил четко и резко, как будто отдавал приказ. Хотя, собственно, так оно и было.

– Спасибо тебе, Ларик. И… еще раз прошу прощения, – покорно сказала Алевтина Куприянова.

– Ладно, проехали, – покровительственно-великодушным тоном ответил Илларион. – Сегодня я добрый. Но, боже тебя упаси, еще раз повторить такое. Подожди, не уходи пока. Сейчас сюда придет один мой хороший знакомый, помнишь, я тебе говорил?

– Да, помню.

И воцарилась тишина, нарушаемая лишь погромыхиванием тарелок-чашек о столешницу. Тут к салону подкатил автомобиль, из которого вышел… Константин Владимирович Трегубенков, заведующий административно-хозяйственной частью Покровского музыкального театра.

Вот это да! Значит, и он тоже в этой шайке? Но… не убивал Дубовицкого, потому что у него алиби.