Криминальные гастроли

Вот и все, собственно, – пожала плечами кассир.

– Замечательно, – Гуров посмотрел на часы и попросил Наталью все же позвонить хозяйке и узнать, будет ли она сегодня на работе.

Девушка набрала номер телефона и долго слушала гудки, но потом ей все же ответили, и она сказала абоненту:

– Татьяна Максимовна, здравствуйте, это Наталья. Скажите, вы планируете сегодня в магазин подъехать? Тут вас полковник Гуров из уголовного розыска спрашивает по поводу тех людей, которые оплатили лечение Алеси, – девушка помолчала, выслушивая ответ, а потом сказала: – Хорошо, я передам.

Она отключила связь и, повернувшись к Гурову с извиняющейся улыбкой, сказала:

– Татьяна Максимовна сейчас в другом своем магазине. Он на Новом Арбате. Вы сможете туда подъехать? Она вас будет ждать.

– Без проблем, – ответил Лев Иванович, встал и протянул Наталье руку. – Спасибо, Наташенька, что помогли. До свидания.

– Ну что вы, за что спасибо? – смутилась девушка. – Я просто рассказала, что помнила, вот и все. Всего вам хорошего и удачи.

– Вот за это и спасибо, что рассказали все очень четко и понятно, – ответил Гуров и подумал, что есть еще и среди современной эмансипированной женской части молодежи скромные умницы и красавицы."

"Девушка назвала ему точный адрес магазина на Новом Арбате, и Гуров отправился на встречу с Татьяной Максимовной. Та оказалась женщиной лет тридцати пяти, высокой, с пышными формами. Как представлялось Гурову, так и должны были выглядеть все хозяйки кондитерских или кафе-мороженых. Она рассказала сыщику, как кассир Наталья привела к ней весьма интересную пару – священника с женой, которые и попросили у нее адрес Костюшкиных. Такова была фамилия мамы и дочки, нуждающейся в финансовой помощи на лекарства и лечение.

– Я дала им телефон моей мамы, чтобы они созвонились с Костюшкиными. Моя мама дружит с Вероникой, так зовут маму Алеси. Мужа у Костюшкиной, как я поняла, нет, а сама она постоянной работы из-за болезни дочери не имеет. Ей нужно с малышкой постоянно находиться. Но когда Вероника подрабатывает – на полставки полы моет в супермаркете рядом с их домом – моя мама сидит с Алесей.

– А сколько девочке лет? – поинтересовался Лев Иванович, и у него сжалось сердце, когда Татьяна Максимовна ответила:

– Ей только-только три годика исполнилось. Совсем еще кроха. Я ей всегда, как к маме своей еду, гостинцы везу, а мама передает их потом девочке. Только вот ей много сладкого нельзя, но я игрушками да одеждой помогаю. Моя мама продукты им часто дает. В общем, как-то так…

– М-да, это горе, когда дети так тяжело болеют, – нахмурился Гуров. – А что потом было? Я так понял, что нашли они эту Веронику и помогли ее девочке…

– Да, они встретились и с моей мамой, и с Костюшкиными.